— Позволь заметить, боярин, — его голубые глаза смотрели серьёзно, несмотря на мягкий тон, — у девицы неправильная стойка при стрельбе. Отдача её опрокинет, а в движении она не попадёт даже в сарай.

Я удивлённо приподнял бровь.

— Что ж, покажите им, — кивнул я в сторону полигона.

Отец Макарий подошёл к ближайшей девушке — коренастой светловолосой Марье из Овечкино. Он аккуратно поправил её позицию, меняя положение ног и рук на оружии.

— Вот так, дочка. Винтовка должна быть продолжением твоего тела, — его мелодичный голос звучал успокаивающе. — Левую ногу чуть вперёд, приклад плотнее к плечу, а вес тела равномерно распредели. При отдаче сместишься назад, но не потеряешь равновесия.

Марья попробовала новую стойку и выстрелила. Её лицо просветлело — пуля попала в мишень, и отдача не сбила её с ног. Вскоре вокруг Макария собралась целая группа кандидаток, жадно впитывающих наставления.

— Буду благодарен за вашу помощь, отец Макарий, — я протянул ему руку. — Возглавите их обучение?

Священник немного помялся, но кивнул.

— Ради защиты острога от тварей — возглавлю. Только чур без разговоров о моём прошлом. Я теперь Господу служу, а не мечу.

— Как скажете, — согласился я, хотя в глубине души понимал, что священник, владеющий воинским искусством, — настоящая находка для поселения.

К концу дня мы отобрали пятнадцать женщин в отряд, над чьим названием предстояло подумать. Разных возрастов и комплекций, но каждая показала точность стрельбы, стойкость и решимость. Под руководством отца Макария они быстро осваивали азы меткой стрельбы и тактического перемещения. Особенно выделялась Марья — сильная, с отличным глазомером и прирождённым чувством боя.

Следующие недели превратились в круговорот тренировок. Утром я занимался с «боярским спецназом», обучая их тактике малых групп, скрытному передвижению, стрельбе из револьверов, штуцеров, автоматов и трофейных снайперских винтовок, чьей запас патронов, к сожалению, подходил к концу. Не забывал и про ближний бой: ножи, мечи, топоры, копья — в ход шло всё. Никогда не знаешь, чем придётся сражаться и что подвернётся под руку. Федот и Гаврила схватывали на лету, остальные немного отставали, но быстро прогрессировали.

После обеда я проверял успехи женщин, которые под руководством отца Макария превращались в что-то, похожее на боеспособный отряд. Священник, несмотря на свой мягкий голос, оказался, на удивление, жёстким наставником, требующим точного выполнения всех инструкций.

— Забудьте о плотном строе и шеренгах, — говорил великан, расставляя своих подопечных по тренировочной площадке. — То, что имело смысл во времена пищалей и мушкетов, сегодня — верный способ погибнуть. Современный бой требует рассредоточения и маневренности.

Он разбил отряд на боевые пары, распределив их между укрытиями: поваленными брёвнами, земляными насыпями и низкими каменными стенками. Каждая пара получила свой сектор обстрела и училась координировать действия.

— Первое правило: никогда не стойте на открытом месте, — Макарий перемещался между позициями, корректируя стойки и хватку. — Второе: одна стреляет, другая перезаряжает или меняет позицию. Постоянное движение и прикрытие напарницы — вот что сохранит вам жизнь.

Я наблюдал, как женщины отрабатывали перебежки от укрытия к укрытию, прикрывая друг друга огнём. Священник запускал движущиеся мишени с разных направлений, а стрелки быстро реагировали, сообщая об угрозе и перенаправляя огонь. Поначалу координация хромала — они либо оставляли сектора без наблюдения, либо создавали опасные перекрёстные линии огня, что могло привести к дружественному огню. Однако с каждым днём их действия становились всё более слаженными.

— Помните о самоконтроле, — напоминал Макарий, когда очередная пара расстреляла все патроны по одной цели.