Тот с плохо скрываемой жадностью схватил артефакт. Его пальцы пробежали по древней резьбе, а в глазах отразилось почти детское предвкушение.

— С человеком слова всегда приятно иметь дело, — заметил я, откидываясь на спинку кресла.

Терновский оторвался от разглядывания статуэтки и вдруг прищурился:

— А ты не боишься, Платонов, что теперь, получив желаемое, я просто устраню тебя? Чтобы об этом дельце никто не узнал?

Я улыбнулся, ощущая абсолютное спокойствие:

— Нет, не боюсь. Во-первых, нас связывает магическая клятва, которая надёжно затыкает мне рот. Во-вторых, — я сделал паузу, — ты же хочешь получить свою долю от запуска шахты? Так зачем убивать курицу, несущую золотые яйца?

Терновский хмыкнул, но в его взгляде промелькнуло уважение.

— Ну, положим, пока никаких яиц я не видел ни золотых, ни даже медных. Разве что те, которыми ты постоянно гремишь. Но посмотрим…

— Увидишь. К тому же, — с усмешкой добавил я, — браки по расчёту частенько самые крепкие. Не стоит омрачать взаимовыгодный союз необдуманными поступками. Иначе мне где-то же вас всех придётся хоронить… — с напускным сожалением я покачал головой.

Министр неожиданно расхохотался, его массивное тело задрожало от смеха.

— Ох, Платонов, я не ошибся в тебе, — он вытер выступившие от смеха слёзы. — Хитёр не по годам. Будь в Бастионе больше таких, как ты, в Содружестве давно бы уже правили электричество и бензин, а не лошади да магия.

Он аккуратно спрятал статуэтку во внутренний карман.

— Желаю успеха в твоих начинаниях, Прохор Игнатьевич, — теперь его голос звучал почти дружелюбно. — И да, будь добр, присылай отчёты о добыче регулярно. Моя доля — это святое.

— Разумеется, — кивнул я, открывая дверь. — Да, кстати, подскажи-ка личный номер главы Перуна.

— А тебе зачем? — вскинул кустистые брови собеседник.

— Может однажды пригодиться.

— Хм, ладно. Сейчас пришлю.

— Спасибо и до встречи, Игнат Всеволодович.

Я вышел из машины, и внедорожник тут же тронулся с места. Второй автомобиль с охраной развернулся следом. Я смотрел им вслед, размышляя о неожиданных поворотах судьбы. Порой они сводят вместе тех, кто в обычной ситуации никогда бы не стал работать вместе.

* * *

Василиса долго стояла на лестнице, ведущей на первый этаж дома воеводы, несколько раз собираясь спуститься и снова замирая. Ей казалось, что каждый в остроге прямо сквозь стены видит её нерешительность, особенно дозорные на башне. Наконец, она глубоко вздохнула и решительно зашагала вниз.

— Полина? — вопросительно окликнула она Белозёрову.

— Да-да! — послышался певучий голос, и через несколько мгновений в гостиной появилась гидромантка.

Полина была одета в домашнее платье и передник. Её каштановые волосы были собраны в небрежный пучок, а на щеке виднелся след муки. Она удивлённо приподняла брови, увидев Василису.

— Вот так сюрприз! — Полина слегка склонила голову набок. — Что привело тебя ко мне?

Голицына сжала кулаки, борясь с желанием развернуться и уйти. Эта несносная девица с её идеальной внешностью даже с мукой на лице выглядела очаровательно.

— Я пришла… — геомантка запнулась, подбирая слова. — Я видела, как ты принесла Прохору мясной пирог на днях.

Полина улыбнулась, и в её ореховых глазах мелькнула искра понимания.

— А, тот пирог с говядиной и грибами, — протянула она. — Ему понравилось. Хочешь посмотреть? Я как раз замешиваю тесто для лимонных булочек.

Василиса кивнула и прошла на кухню. Там уютно пахло ванилью и свежей выпечкой. На столе лежало тесто, рядом стояли миски с ингредиентами, а в печи что-то томилось, распространяя аппетитный аромат.