– Почему?

– Я не тот человек, я не предназначен для тебя. Помнишь, ты когда-то говорила, что мечтаешь стать почтенной дамой, выйти замуж за человека, с которым создашь семью и будешь жить в городе? – Калеб мрачно потряс головой. – Я совсем другой, и ты давно это знала. И знала, что в городе я жить не намерен. Я не мужчина твоей мечты и не добропорядочный горожанин. А уж респектабельным меня никак не назовешь.

– Для меня ты самый добропорядочный человек, Калеб Страйкер, и, я думаю, ты намного респектабельней, чем иные господа.

– Уже поздно, твой отец будет волноваться.

– Не будет. Он знает, где я.

– Энжи, прошу тебя. – Калебу совсем не хотелось обижать Энжелу, но он помнил причину, по которой не хотел связывать с ней свою судьбу, помнил также и то, что не он, а она жаждала того поцелуя за конюшней.

– Хорошо, Калли, я пойду. – Отлично зная, что на этого человека нельзя давить, Энжела улыбнулась. Сдаваться без борьбы она явно не собиралась. – Мы же с тобой друзья, правда?

– Конечно, друзья, – буркнул Калеб.

– Вот и прекрасно. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи.

Он проводил ее до двери, где она все-таки ухитрилась чмокнуть его в щеку. Вернувшись в гостиную, он обеими руками уперся в каминную полку и уставился на огонь. Вот если бы на месте Энжи была Келли! Если бы в глазах Келли он был самым лучшим! Но Келли сторонилась мужчин, а он чувствовал себя слишком старым, чтобы обхаживать желторотых девственниц, краснеющих по любому поводу.

Глава 12

На следующий день, после завтрака, Келли приготовилась к очередному уроку верховой езды. На ней была та же юбка, что накануне, и синяя английская блузка, подчеркивающая васильковый цвет ее глаз.

Сначала она решила, что поездка не состоится, потому что Калеб наверняка захочет кататься с Энжелой Бристол, но когда заикнулась об этом за завтраком, он покачал головой и заявил, что Энжела всего лишь его друг и ничего больше. Ничего себе – друг, подумала Келли, их поцелуй прошлой ночью никак не назовешь дружеским, но ничего не сказала.

Когда они пришли на конюшню, Калеб первым делом показал, как правильно седлать гнедого. Потом отступил в сторону и проследил, как она это делает.

Понимая, что от его взгляда не ускользнёт ни малейшая оплошность, Келли убедилась, что попона нигде не морщит, и только тогда накинула седло. Неудивительно, что он не подготовил для нее мерина заранее, вот для вдовушки Бристол он бы наверняка расстарался.

Калеб заметил решительное выражение на лице Келли и нахмурился. За ней нужен глаз да глаз, сейчас она на все способна.

Он подсадил ее в седло, сам уселся на жеребца и первым выехал со двора.

Выбрав ровный участок земли, Калеб заставил Келли продемонстрировать различные аллюры. Шаг, рысь, галоп. Повороты направо, налево. Отличная посадка и легкие руки, думал Калеб, внимательно наблюдая за всадницей. Еще несколько уроков, и она будет скакать не хуже любого индейца из племени лакотов.

– На сегодня довольно, – двадцать минут спустя проговорил он. – К востоку отсюда есть озеро. Вы любите рыбачить?

– Не знаю.

– Я взял с собой леску и пару крючков. Хотите попробовать?

Келли кивнула, пришпорила своего мерина и отправилась вслед за Калебом. Утро было восхитительное. Небо синее и без единого облачка, слабый ветерок шелестел в стеблях травы.

Повсюду, куда ни бросишь взгляд, паслись стада коров самой различной масти – тут желтовато-коричневые, там рыжие, а чуть поодаль черно-белые; они косились миндалевидными печальными глазами на Калеба и Келли, когда те проезжали мимо, и тут же снова принимались жевать свою жвачку.