На едином долгом выдохе Келли припомнила, как Ричард Эштон подловил ее в узком переулке между домами, как его руки до боли стиснули ее грудь, а после он ее поцеловал. Губы его пахли алкоголем и были омерзительно мокрыми. Фу, гадость!

Калеб смотрел на девушку и гадал, о чем она сейчас думает. От внимательного взгляда не укрылось, что она вся напряглась, и он нахмурился.

Только хотел спросить, что произошло, как удочка в руках Келли завибрировала, а леска натянулась.

– Крепче держите! – воскликнул он. – У вас клюет!

– Что теперь делать?

– Ничего, просто держите крепче.

– Ой, лучше возьмите вы, у меня не получится, – взмолилась Келли. Всунула удочку в его руки, взамен взяла его и стала наблюдать, как он быстро попятился от берега и начал выбирать леску.

Увидев забившуюся на крючке рыбину, она зашлась в восторге и вскочила.

– Я поймала! Моя первая рыба! Первая в жизни! – вопила она, не помня себя от радости.

– Она просто великолепна, – констатировал Калеб и вытащил крючок из пасти форели.

– А вон и у вас клюет, – воскликнула Келли, едва удерживая удочку Калеба. – Скорее, ну, скорее же идите сюда!

– Сами справитесь.

С горящим от возбуждения лицом Келли отступила на шаг и принялась тянуть леску на себя, наматывая ее на согнутый локоть.

– Ваша рыбина гораздо мельче, чем моя, – сказала она, вытаскивая добычу из воды.

– Новичкам всегда везет, – усмехнулся Калеб. – Вот уж следующая, клянусь, побьет ваш рекорд. Хотите пари?

– На что спорим?

Взгляд мужчины прошелся по ее радостному личику и остановился на губах.

– На поцелуй.

Глупо, по-детски; он понял это, едва произнес эти два слова вслух. Взрослый мужик, а играет в Дурацкие Игры! Тем не менее он напряженно ожидал, что она ответит.

– На поцелуй? – растерянно повторила Келли. В горле внезапно возник какой-то комок, дыхание перехватило.

Калеб кивнул.

– Если я выиграю, поцелуй за мной.

– А если я?

Лицо его стало серьезным.

– Тогда вы поцелуете меня.

Несколько долгих, очень долгих секунд она глядела на него и после затянувшейся паузы кивнула.

Калеб насадил на крючки свежую наживку, забросил в озеро сначала ее удочку, потом, отойдя немного в сторону, свою.

Стоя у самой кромки воды, Келли украдкой бросала взгляды в сторону Калеба и мысленно молилась, чтобы ему попалась большая рыба. Как, ну как она сама, первая, сможет его поцеловать? А вот его поцелуй она с нетерпением предвкушала.

Время, казалось, остановилось. Вдруг ее леска натянулась, и Келли вытянула еще одну рыбину, значительно крупнее, чем первая. Минут через двадцать и Калеб освободил свою добычу от крючка, но она оказалась вдвое меньше, чем у Келли. Он бросил рыбу к трем уже пойманным, а онемевшая Келли следила за его движениями, не в силах что-либо сказать.

– Вы выиграли пари, – произнес он.

Келли молча кивнула. Сердце стучало, как молот по кузнечной наковальне.

– Готовы заплатить по векселям?

Ей стало так жарко, словно кто-то невидимый поджег изнутри ее кровь. Метис стоял напротив, вперив в нее взгляд; его дыхание стало неровным, грудь вздымалась.

– Келли, все нормально, – проговорил он хриплым голосом, – зачем так волноваться? Я вас не неволю, забудьте о пари.

– Нет, я выполню условие, – выдавила Келли, даже не услышав собственного голоса – так гулко колотилось сердце.