— Не без того, — кивнул Иван.

Дождь был мелким, но частым, волосы на голове уже намокли, по щекам текли струйки воды, а одна, особо шустрая, пробралась за воротник и прокладывала себе дорогу между лопаток.

— Не без того, — повторил Иван, — но я тебя прошу, давай зайдем в помещение, глянем, а потом вместе…

— И что нам вместе делать в сортире? — пожал плечами Всеслав, но спор продолжать не стал, забрал у Ивана сумку и пошел к зданию вокзала, не оборачиваясь.

Входная дверь раньше была наполовину стеклянной, но сейчас оказалась на половину заколоченной фанерой. И находилась, судя по виду фанеры, в таком состоянии уже не первый год. Пружина оказалась мощной и скрипучей, никаких устройств для тихой доводки дверей не было, за спиной у Ивана грохнуло почище чем из пистолета.

Внутри вокзал выглядел никак не веселее, чем снаружи.

На стене висело расписание. Иван присмотрелся и хмыкнул: на Вратах останавливались два поезда, один — тот, на котором приехал Иван, другой, в противоположном направлении, на следующий день. Два поезда в неделю. Негусто.

Пассажиров здесь бывало явно немного, поэтому и окошко кассы было одно. И, понятное дело, оно было закрыто. И даже закрашено. Имелась дверь с табличкой.

«Сюда», — лаконично сообщала табличка. Или предупреждала. Или приказывала.

Да какая, на хрен, разница, философски решил Иван, ведь в предписании ясно указано — станция «Врата». Хорошо еще, что мундир Иван не надел. Иначе все выглядело бы еще нелепее — красавиц Инквизитор в новехоньком мундире в сопровождении субтильного юноши с дьявольской символикой на черной кожанке посреди пустого гулкого помещения. Давно не метенного помещения, между прочим.

Дождь усилился, стал косым и лупил в давно не мытые окна вокзала, прорывался мутными каплями сквозь трещину в стекле и начинал формировать на подоконнике лужу.

— Туда, — сказал Всеслав и указал пальцем на дверь с табличкой.

Иван подошел к двери и потянул за ручку. Дверь не открылась. Иван толкнул — с тем же результатом.

— Ногой, — посоветовал Всеслав. — Или из пистолета. Слабо?

Иван постучал костяшками пальцев по давно крашенной двери.

— Да-да, — ответили из-за двери.

Иван снова толкнул дверь. Нажал сильнее. Филенка издала треск, словно собиралась проломиться.

Иван постучал снова.

— Да-да, — снова ответили из-за двери.

— Ногой, — повторил свое предложение Всеслав. — Или из пистолета. Слабо?

На яростный взгляд Ивана мальчишка ответил милой улыбкой.

— Откройте! — потребовал Иван, снова стукнув в дверь. — Иначе я ее вынесу…

— Он может, — громко сказал Всеслав. — У него есть пистолет. Вы лучше откройте. Мы и слово волшебное знаем.

За дверью завозились, щелкнула задвижка, и дверь открылась вовнутрь. На пороге возник невысокий сухонький старичок, осмотрел посетителей и даже, кажется, принюхался. Действие, в общем, обычное, по нынешним временам нелишнее, но вышло это у старика как-то по-крысиному, что ли… Носик наморщился, дернулся, жиденькие усики под ним встопорщились и опали.

— Вам чего? — спросил крыс.

— Нам бы войти для начала, — сказал Иван, поднимая с пола сумку и всем своим видом демонстрируя, что остановить его не получится.

— Так вы войти хотели? — искренне удивился старик.

— Нет, мы путешествуем и стучим по дверям, получая наслаждение и новые впечатления. — Иван двинулся на крыса, глядя поверх его головы.