– Привет! – крикнул я, улыбаясь, но сам услышал, что от напряжения голос у меня звучит визгливо.

Молодой человек в черной шляпе и ожерелье – вроде бы из каких-то крупных клыков или когтей – направился ко мне. В левой руке он непринужденно нес копье. Он – как и остальные люди – оказался приземистым и кряжистым, на голову ниже нас.

Хаус тяжело приземлился у меня за спиной.

– Привет, Мир! – крикнул он.

Еще один, не такой громкий, удар. Карола.

– Привет! Привет! – заорала она.

Туземцы откликнулись на их крики. У молодого человека лицо было загорелое, как у них всех, с резкими чертами и веселыми глазами. Его фетровая шляпа была старая и выношенная, как и примитивная рубаха и брюки, поверх которых был накинут плащ длиной до колен. Одежда на всех была линялая и изношенная. Инструменты и оружие были примитивными. Печально.

«Нас приветствуют с доиндустриальной радостью».

– Вильком та хом! – проговорил он. – Ви тат хию вур комин вин ве сва лайетс ин та скай.

Карола не ответила, и я уже стал в ней сомневаться. Наверное, Шани, да почиет она в мире, справилась бы лучше. Но тут она сказала:

– Хиюса тат? Хиюхир ас?

– Хиес, лайетс. Ан тру ар тилискиоп свае т вус спайс шип енворбит, бут хир? Ай…

«Что он говорит? – спросил я по каналу. – Это не на глобальском? Мы думали, они будут говорить на глобальском».

«Это акцент. Мы знали, что звуки сдвинутся, но не знали, как именно. В основном гласные. Они стали дифтонгами».

«Когда они улетали, все говорили на глобальском. Он был всемирным языком».

«Да, но базой проекта были Соединенные Штаты. Там использовали классический английский. Они поймут глобальский, конечно. Но говори медленно».

– Ес дир сум сорда консирн? – спросил он, встревоженный нашим кажущимся молчанием.

– Хир лангуажес сурприз, – ответила она медленно.

Он засмеялся:

– Хию а сурприз!

Он проговорил это очень медленно, и я наконец стал немного его понимать.

Она обернулась ко мне:

– Он сказал, что они увидели наш корабль в небе. Телескопы у них имеются.

– Хию фрам Эрт?

Он произносил каждое слово по отдельности. Лицо его выражало надежду, а говор стал еще понятнее. Но с чего бы ему думать, что мы можем быть откуда-то еще?

Я шагнул вперед:

– Да, мы с Земли. Я – Ом. Я глава этой группы.

– Ай Артер. Тиз Хосей. – Он указал на чуть более высокого (но все равно низкого) седого мужчину. – Царап. – (Одно из вьючных животных). – Голубка. – (Очень юная женщина с крупной татуировкой на обеих щеках в виде капель). – Блас. – Четвертый мужчина. И три оставшихся животных. – Сьюки, Шайн, Триил.

Странно, что он представляет животных, словно это люди.

«Любимцы-животные, инстинктивное взаимоотношение для людей на Земле, воссозданы на основе местного вида»…

Артер сказал что-то длинное и указал на людей, оставшихся на дальней стороне поля.

Карола кое-что уточнила, после чего сказала:

– Артур говорит: «Я возглавляю эту команду, но мы просто сельская команда, работающая сегодня на полях. В городе, конечно, есть еще люди. А у вас есть еще? Самолеты выглядят большими. Нам очень интересно.