– Тень, – перевел Артур. – Там, у синих растений.

Я посмотрел в окно и через секунду различил тень с очертаниями мужчины: того идиота, который выскочил, чтобы снять все это. Он стоял далеко и был в безопасности благодаря камуфляжу.

Двигатель зашумел, включаясь. А потом он взревел, и конвертоплан дернулся. Мне показалось, что я слышу винтовку Хауса, но решил, что принял желаемое за действительность.

Конвертоплан еще раз дернулся, двигатели оглушали. Мечехвост застыл на месте. Машины снова взревели. На минимальной мощности двигатели выбрасывали не холод, а огонь. Сверкнул горячий выхлоп. Мечехвост убежал – исчез за секунду. Второй – видимо, подбитый Хаусом – удалялся медленнее, но явно спешил. В отдалении какой-то коралл взорвался от жара и ярко вспыхнул.

Артур открыл дверь и спрыгнул на землю. Подбежав к Хаусу, он помог ему подняться. Он закричал оператору – смысл был понятен даже без слов. Тень оператора бросилась к конвертоплану. Каузи стоял у двери и, хватая за руки, втаскивал в салон людей одного за другим, а потом закрыл дверь и жестом велел мне ее запереть.

Костюм Хауса был в грязи. Что-то от него отвалилось. Артур метнулся молнией и затоптал отвалившееся, а потом схватил Хауса руками в перчатках и стал осматривать его костюм, поспешно сбив и затоптав еще что-то. Хаус снял шлем. Он вроде бы остался невредим, но вид у него был мрачно-сосредоточенный. Бросив на оператора уничижительный взгляд, он ушел в кабину. Фа с Велмой вышли и пристегнулись к креслам. Артур проверил состояние пилота. Двигатели зашумели еще сильнее – и мы взлетели.

Мы сидели молча, приходя в себя. Я проверил свой канал. По-прежнему одни помехи. Спустя еще несколько минут, когда показался лес, я проверил еще раз. Связь заработала нормально. Но что мне сказать? Я вспомнил о своей цели: узнать насчет Стивленда. И я передал Артуру: «Молодец».

– Все охотники – бойцы. Я не привык сдаваться. – Он посмотрел в окно: мы пересекали границу равнин. – Не хочу туда возвращаться. Они слишком голодные. Нам не стоит вызвать помощь для пилота?

– Уже, – сказал Хаус. – И да – ты молодец.

Полет продолжался. Фа и Велма увлеченно просматривали видеосъемку оператора. Хаус безукоризненно посадил конвертоплан на поле у города. Наверное, включил автопилот. Там уже ждала команда с носилками, и пилота стремительно унесли. Я остался с несколькими объемными мешками, но Артур и Каузи задержались, чтобы мне помочь.

«Там было красиво», – передал я, чтобы завязать разговор, но тут подумал, что они должны были вернуть приемники и меня не слышат.

– Красиво, – сказал Каузи. Он сунул руку в глубокий карман своей куртки и достал что-то красное и пушистое, осторожно удерживая.

Комочек зашевелился, поднял глазастую голову и осмотрелся. Младенец-фиппокот? Но они ведь зеленые! И как он меня услышал?

У Артура отвисла челюсть, но он тут же рассмеялся и хлопнул Каузи по плечу:

– Думаешь, сможем приручить?

– Да. Я нам нашел любимца. Отличный для охоты. Отличный для подарка Вайе.

«Как ты его назовешь?» – передал я вопрос, проверяя свои подозрения.

– У фиппокотов зеленые имена, – ответил Каузи. – Этому нужно красное.

Он по-прежнему был с радиоустройством. Артур свое не надел, но я не видел, чтобы он его возвращал. Он был занят тем, что сгружал пилота. Наверное, он его тоже оставил себе.

К вечеру равнинные растения, посаженные в цветочные горшки снаружи нашей лаборатории, вызывали у колонистов больше интереса, чем у моих товарищей по экспедиции. Нас просто завалило новым, и образцы стали всего лишь еще одним новым элементом. А вот колонисты понимали, что растения – это важно.