– Конечно.

Вертолет заложил вираж до Гудзона, затем двинулся, снижаясь, в южном направлении.

Я снова всматривался в каждое здание, но безуспешно.

Долетев до южной границы парка, вертолет вновь принялся барражировать парк с запада на восток и с востока на запад.

Едва завидев ее, я понял, что это она.

– Вот! – крикнул я, показывая на свою находку пальцем. – Вот эта башня, вот она…

И в тот момент, когда на самой ее вершине я прочел ярко освещенное название – «Барклайс»! – в глаза мне бросился логотип.

Голубой орел.

– Это она! Я уверен!

Мое сердце билось со скоростью сто пятьдесят ударов в минуту. Я находился в крайнем возбуждении, тело сотрясала нервная дрожь.

Башня со всех сторон была окружена себе подобными, поэтому я и не заметил ее раньше.

– Срочно вызывай базу, – крикнул Роберт пилоту.

Все затаили дыхание, однако в вертолете чувствовалось сильнейшее возбуждение каждого из членов команды.

Выполняя приказ, пилот включил громкоговоритель, в нем что-то затрещало, и затем раздался голос:

– Принято. Передаю информацию. Оставайтесь на связи.

Вертолет подлетел поближе к башне «Барклайс», сохраняя высоту. Над крышей здания плавало облако тумана, окружая его белой вуалью.

Нам пришлось подождать секунд тридцать-сорок, прежде чем на линии снова раздался треск.

– Они уже знают, – произнес скрипучий голос. – Мне сообщили, что сигнал тревоги поступил тридцать восемь минут назад. Башня уже эвакуирована.

– Черт! – выругался Роберт, стукнув кулаком по ладони левой руки.

Я был одновременно разочарован, но и рад, что людей из башни успели эвакуировать, и счастлив оттого, что мое предвидение подтвердилось. И все же разочарование доминировало…

– Смотрите, – вдруг крикнула Анна. – На крыше человек!

Туманное покрывало немного раздвинулось, и в самом деле на вершине небоскреба возник силуэт человека. Это был мужчина в странном одеянии, напоминавший римлянина в тоге. Он вытянул руки в нашем направлении и замахал ими.

– О боже! – воскликнула Анна. – Пожар уже начался…

Клубы дыма, смешиваясь с туманом, медленно поднимались над башней.

Я был потрясен.

– Ему не спастись, – сказал ошеломленный Гленн.

Роберт покачал головой:

– Для него это конец.

– Нужно подобрать его! Садитесь на крышу! – велела Анна пилоту.

– Это невозможно.

– Конечно возможно! Смотрите, сколько там места!

– Слишком опасно!

– И что, теперь мы позволим ему погибнуть у нас на глазах! Не тратьте время зря, спускайтесь!

Пилот помотал головой:

– Поглядите сами: из лифтовых шахт уже идет дым. Это затрудняет видимость, и так низкую из-за тумана. Маневр слишком сложен, я не смогу сесть.

– Тогда спустите ему веревку, – попросила Анна, – или как там эта штука у вас называется. Должен же быть какой-то способ забрать его на борт.

– Вертолет оборудован веревочной лестницей, но она находится снаружи. Этот человек не сможет подняться на борт. Трос, удерживающий лестницу, закреплен на днище вертолета и никак не связан с дверью. Данная конструкция используется исключительно для перемещения военных по воздуху на небольшие расстояния и не предназначена для того, чтобы с ее помощью проникали в кабину.

– Он мог бы забраться хотя бы на лестницу, – сказал я, – и затем мы отвезли бы его куда-нибудь.