|
До Эйнштейна научные открытия вели человечество к тому, чтобы пересматривать старое и адаптироваться к новому мировоззрению. Но не в этот раз. Уж слишком невероятной казалась теория Эйнштейна. В результате мы вроде бы продолжали жить как прежде, словно существовало абсолютное время. От науки отвернулись даже философы. Раньше они питались ею, опираясь на научные открытия, чтобы рождать новые учения, новые споры. Но тут физика стала слишком абстрактной, слишком сложной. Бергсон, великий философ, все же попытался устранить этот разрыв: он встретился с Эйнштейном в надежде обсудить с ним значение времени. Это был диалог немого с глухим… И тогда философы предпочли просто-напросто устраниться… Что же касается ученых, они сами почувствовали себя неуверенно, испытав головокружение от сделанных ими открытий. Поэтому сегодня подавляющее большинство из них вообще предпочитает об этом не думать. Физики сосредоточены на своих математических вычислениях и стараются не погружаться в размышления о метафизических следствиях собственных исследований.
Она замолчала и улыбнулась. – Я не планировала разговаривать с вами об этом и даже боялась того, что вы начнете задавать мне подобные вопросы… – Но почему, черт возьми? Она пожала плечами и снова запустила вилку в лазанью. – Я боялась, что у вас тоже закружится голова и вы пошлете все к черту. Я бы предпочла, чтобы мы сконцентрировались на сеансах «Удаленного видения», поскольку нам надо арестовать поджигателя. Ставки очень высоки… Кстати, нам не стоит тут засиживаться. В этот момент я вспомнил о своей говядине. – Ну вот, – добавила Анна, – с учетом всего вышесказанного, в этом вопросе остается еще масса неясностей, в конце концов, даже у физиков нет единого мнения о том, что такое время. И что особенно странно, так это то, что законы, управляющие миром бесконечно малых величин в квантовой физике, в корне отличаются от тех, которым подчиняется мир, доступный нашему зрению, в классической физике. Никто не может найти этому причину, но в разных мирах все происходит по-разному. – Если это лишь вопрос размеров, то я не понимаю, откуда разница… – На самом деле все выглядит так, словно на квантовом уровне не существует ни времени, ни даже пространства. У меня есть два поразительных примера. В начале восьмидесятых французский физик по имени Ален Аспе сумел провести опыт, показавший, что две частицы, разделенные большим расстоянием, могут влиять друг на друга. И влиять мгновенно. Когда с одной из них что-то происходило, вторая реагировала на это незамедлительно, хотя они и были очень далеко друг от друга. Опыт демонстрировал те же результаты, даже если между частицами оказывались десятки тысяч километров. Как будто на квантовом уровне, то есть на уровне бесконечно малых величин, пространства вовсе не существует… – Это поистине удивительно. Но можете быть спокойны: я пока что не спасаюсь бегством! Анна улыбнулась и продолжила: – Еще более поразительным выглядит опыт со временем, предложенный физиком Джоном Уилером, отцом водородной бомбы. Данный опыт показывает, что определенное воздействие на фотон (элементарную частицу) в состоянии изменить его… прошлую траекторию. – Но это невероятно! Нельзя изменить прошлое! – Теперь, кажется, можно, – сказала она. – Другой великий физик, Тибо Дамур, французский ученый, недавно награжденный золотой медалью Национального центра научных исследований, а также получивший Гран-при Французской академии наук, утверждает, что существуют далекие вселенные, где время течет… совсем не так, как у нас! – От этого в самом деле можно рехнуться… – За месяц до смерти Альберт Эйнштейн написал письмо, которое закончил словами: «Различие между прошлым, настоящим и будущим – всего лишь иллюзия, хотя и стойкая». |
