– Попробуйте подуть на ранки! – посоветовала я им обоим. – От ветерка станет чуть легче.

Девочка окинула меня откровенно подозрительным хмурым взглядом, и я закусила губу, чтобы не расхохотаться. Зато ее брат проглотил наживку, наклонился и подул ей на руку.

Эвани охнула, потом захихикала:

– Лоррис, щекотно!

Вскоре мы все смеялись и по очереди дули Эвани на руки, а она визжала и извивалась на кровати. Даже Лоррис позволил себе улыбнуться: суровая маска наконец спала.

Я воспользовалась весельем и нанесла остаток крема. Несмотря на мои легкие прикосновения, когда я добралась до самых глубоких волдырей, смех девочки снова превратился во всхлипы.

– Эвани, смотри! – выпалил Лоррис, вытягивая руки. – На прошлой неделе я научился этому в школе.

В центре его сложенных чашей ладоней появился светящийся шарик. Первое мгновение он лишь дрожал и крутился, но потом начал медленно обретать форму, превращаясь во что-то вроде подыхающей полусъеденной моли.

– Бабочка! – пролепетала Эвани. Ее глаза стали круглыми, как блюдца, а магическое создание залило ее лицо голубоватым сиянием. – Как красиво!

От стараний лоб Лорриса сосредоточенно наморщился, кончик языка высунулся из уголка рта. Моль – нет, бабочка! – взмахнула одиноким слабым крылышком, Эвани взвизгнула, с чистым восторгом хлопая в ладоши, а я воспользовалась шансом нанести остатки крема.

– Трудно придавать свету такие формы? – спросила я.

Лоррис посмотрел на меня, озадаченно нахмурившись:

– Разве ты не знаешь?

У меня сердце упало, когда я поняла, что забыла свою гениальную – нет, тупую – уловку.

– Ну… У меня другая магия. Хм-м, магия тени.

Лоррис кивнул, словно принимая ответ, и я шумно выдохнула.

– В школе сказали, что свет и тень действуют одинаково, но у моей учительницы магии оба дара, и она говорит, что тени подчинить себе труднее. Мол, свет хочет радовать своего повелителя, а теням бы только сопротивляться.

Я потерла грудь: в ребра стучало странное беспокойство.

– Тогда, наверное, хорошо, что тебе досталась магия света.

Лоррис пожал плечами и с какой-то неприязнью посмотрел на моль – нет, на бабочку.

– Меня она радовать не хочет. Как только у меня проявилась магия, отец нанял репетитора, но ничего больше, чем это, мне пока не удается. – Как по команде магическое творение превратилось в завиток дыма. Лоррис помрачнел, а за ним и Эвани. – Ты наверняка тоже слабая, раз стала просто целительницей.

Я ощетинилась:

– Сильным быть можно по-разному. Чтобы быть лидером или помогать людям, магия не нужна.

– Она нужна, чтобы разгромить врагов, – возразил Лоррис.

Мои губы изогнулись в улыбке. «Ну, это мы еще посмотрим».

– Ты, Лоррис, очень хороший старший брат, раз так заботишься об Эвани.

Лоррис сел неестественно прямо.

– Семья – самое главное. Семья – это все, – механически проговорил мальчишка. Слова его казались вызубренными, а не искренними.

– Тем не менее… сейчас ее семья – это только ты.

– Я же сказал, наши родители – персоны важные. Такой, как ты, это не понять.

– Я лишь хотела…

– Ты закончила? – Лоррис отпрянул от меня и поднялся. – Знаешь, я тоже персона важная. Нянчить маленьких девочек мне некогда. Полагаю, дальше ты справишься сама?

У меня сердце сжалось от обиды, отразившейся на лице у его сестренки.

– Конечно справлюсь, но Эвани наверняка обрадуется, если ты…

– Как закончишь, жди меня в передней. – Не добавив ни слова, Лоррис демонстративно покинул комнату.