- Как у кошки на крыше вовремя пожара, - внезапно сказал Ворошилов.

   - Вот именно. Очень правильно заметил товарищ Ворошилов: как у кошки на раскаленной крыше... - Сталин снова обвел взглядом всех присутствующих. - Так что, товарищи? Какие будут предложения?..

   15.15, 18 июля 1937 г., Бильбао

   - ...Да мне плевать на твои помехи, ты мне связь давай! - орал Тухачевский на растерянного начальника связи. - Как я руководить войсками буду, если у меня с ними связи нет?!

   Полковник Булычев незаметно вздохнул. Связь имелась только с комкором Апанасенко, в остальных группах радиостанций достаточной мощности просто не было. Рассчитывая на успешное наступление, Тухачевский сам приказал сократить средства связи до минимума, загрузив на освобожденное место дополнительные патроны и снаряды. А теперь ему отдуваться...

   Но вслух он напоминать маршалу о его собственных просчетах не стал, а осторожно предложил:

   - Может быть, попробовать использовать для связи самолеты? Или даже десантников?

   - Не дам! - немедленно вмешался Чкалов. - И так всего три десятка истребителей в строю осталось. Будет еще один налет - чем защищаться станем?

   Его лицо украшал свежий шрам, полученный в воздушном бою, но глаза смотрели как обычно упрямо и уверенно.

   - А если разведчика? - еще осторожнее спросил Иван Тимофеевич.

   - Что, товарищ полковник, считаешь, что у нас "эр пятых" многовато осталось? - грозно надвинулся на Булычева Чкалов. - Без сопровождения разведчик - смертник!

   - Смертник или нет - мне все равно! - решительно заявил Тухачевский. - А связь нам нужна. Так что, товарищ Чкалов, поднимай своих "скоростных, скороподъемных, скорострельных" на крыло. Пусть ищут наших. И всем передать мой приказ: выходить малыми группами! Просачиваться! Тяжелое оружие, автомашины, танки, бронеавтомобили - уничтожить! Еще пришлют! Главное выйти с минимальными потерями...

   Чкалов стиснул зубы, и коротко взглянул на Тухачевского. Во взгляде его была одна только чистая, ничем незамутненная ненависть. Она горела и клокотала, но Валерий Павлович промолчал. Лишь козырнул и вышел из штаба...

   ...Из посланных на разведку десяти Р-5ССС вернулись четыре. Еще трое авиаторов вышли вместе с окруженцами. Судьба остальных так и осталась неизвестной...

   19.15, 18 июля 1937 г., Эспиноса де Серрато

   - Запроси: точно ли передан текст приказа? Немедленно! - Комкор Апанасенко прошелся по своему штабу, разместившемуся в бывшей булочной, рубя воздух рукой - Что они там, осатанели? Броневики - в расход, артиллерию - в расход, автомобили - в расход!.. Может, еще и винтовки заодно?!

   Иосиф Родионович буквально кипел праведным негодованием. Только что разведчики доставили последние сведения о противнике, окружившем стрелковый полк и танки усиления, Апанасенко с командиром полка и своим штабом уже разработал план действия на прорыв из ловушки, артиллерия уже сконцентрирована для нанесения мощного огневого удара, батальоны уже занимали исходные районы, и тут...

   - "Малыми группами", а? - комкор сморщился так, словно у него внезапно схватило зубы. Все... - Это ж удумать такое!.. Ну? - он зыркнул на связиста так, что бедолага аж присел, - Что там?

   - Т-товарищ комкор... - старший лейтенант опасливо посмотрел на грозного командира, сглотнул - они... то есть, штаб... значит, Бильбао... - тут он окончательно стушевался и замолчал.

   - Да что ты мямлишь?! Рохля! - взревел Апанасенко медведем-подранком.