Принцесса и красноглазый Повелитель беседовали. То есть Шериада со скучающим видом попивала шоколад, а Руадан – в том же черном костюме, что и лорд у Королевского банка, – стоял у нее за спиной, облокотившись на подоконник, и довольно улыбался.

Его глаза снова вспыхнули, когда я вошел.

Шериада только нахмурилась:

– Элвин! Я, кажется, приказала не возвращаться до вечера…

– Уже приказываешь, куколка? – игриво перебил Повелитель. – Обычно ты у нас такая мягкая и жалостливая, когда дело доходит до твоих игрушек. Он еще чем-то тебя разозлил?

Шериада поморщилась и снова посмотрела на меня:

– В чем дело? Возвращайся в свою комнату немедленно!..

Ничего подобного я делать не собирался. И уже открыл было рот, чтобы все объяснить, но Руадан снова перебил:

– Куколка, твоему мальчику просто очень понравилась моя новая игрушка.

Он щелкнул пальцами, и перед диваном возник Рай. Он был бледен и смотрел в одну точку – где-то поверх моего плеча.

Полагаю, я тоже побледнел.

Повисла тишина. Шериада пораженно смотрела на Рая. Руадан улыбался.

– Ах ты… гаденыш! – выдохнула наконец принцесса, вставая и подходя к Раю. – Ты его пометил!

После этих слов я действительно на мгновение увидел на лбу у Рая что-то вроде клейма. По библиотеке пронесся ветер… Но тут же затих.

– Сильный, – улыбнулся Руадан. – Хорошее приобретение. Только необученный.

– Как ты посмел?! – Шериада круто повернулась к Повелителю. – Как ты… Это мой мир! Мой!

Руадан пожал плечами. Мол, извини, защиту ставить надо лучше.

Не знаю откуда, но в руках принцессы снова появились клинки.

– Отдай. Его. Мне, – раздельно, вдруг напомнив мне о ночи нашего знакомства, произнесла она.

У меня от ее голоса мурашки по спине побежали. А Повелитель даже улыбаться не перестал.

– Без проблем, куколка. Меняю на демонолога.

Задрожали стены, затряслись стеллажи, несколько книг упало, разбилось окно где-то вдалеке от нас.

Потом принцесса опустила руки, и кинжалы исчезли.

– Не отдам, – спокойно сказала она.

Руадан взглянул на меня:

– И правильно: нечего тебе отдавать. Ты-то на него печать не поставила. Что, напела ему про свободу? Прекрасное будущее? Это ты умеешь. – Он поймал мой взгляд. – Что ж, демонолог, я отдам тебе твоего друга, как только ты поклянешься мне в верности.

Я посмотрел на Рая.

– Могу рассказать, что я с ним сделаю, если ты откажешься, – почти дружелюбно предложил Повелитель. – Если коротко, ничего хорошего. Не убью, конечно, зачем? Во всяком случае, не сразу. Куколка тебе еще не объясняла, как полезно не сразу убивать пленников, а забирать у них… скажем, кровь? Не всю, можно по капле. Кровь – составляющая многих пентаклей…

– Как клясться? – Я сам не узнал свой голос – такой он был слабый. Меньше всего мне хотелось приносить ему клятву, последствия которой к тому же не были мне ясны. Но не мог же я допустить, чтобы мой друг погиб из-за меня! Мне была дорога каждая минута.

– Да просто, – еще шире улыбнулся Повелитель. – На крови, конечно. Берешь свой кинжал, рассекаешь ладонь, потом…

– Никто никому клясться не будет, – перебила Шериада. В ее руках снова мелькнули клинки.

Руадан поднял брови:

– А как же свобода воли?

– Я лучше убью его, но тебе не отдам.