И в этот момент телефон Михаила, который он считал отключенным, тихо завибрировал. SMS-сообщение от Ингрид: "Мы в Стокгольме. Нашли твою записку. Шведская полиция готова. Держись".

Значит, он не один. Полиция знала, где его искать. Оставалось только дождаться подходящего момента и надеяться, что помощь придет вовремя.

Торн ничего не заметил — он был полностью поглощен мыслями о предстоящем ритуале. В его глазах горел фанатичный огонь человека, который был убежден, что вот-вот изменит ход истории.

— Все хотят жить лучше, — сказал Торн. — Но это ненадолго. Рагнарёк близок. А пока пусть наслаждаются своими деньгами.

Маркус отвернулся к окну.

— Добро пожаловать в Уппсалу, мистер Гросс, — сказал Торн, когда впереди показались шпили древнего города. — Здесь всё и закончится.

Глава 20

Истоки безумия

Пока Михаил находился в заложниках у Торна в Упсале, норвежская полиция лихорадочно искала способы выследить убийцу. Исчезновение ученого вместе с серийным маньяком вывело дело за рамки обычного расследования — к поискам подключились спецслужбы и дипломаты.

Эриксен из последних сил координировал операцию из мобильного штаба в Стокгольме. Шведские коллеги прочесывали Упсалу, но пока безрезультатно. Торн словно растворился в воздухе вместе со своим заложником.

— Нужно больше информации о психологии убийцы, — сказал Эриксен на экстренном совещании. — Мы действуем вслепую.

— А что если обратиться к американским военным? — предложила Ингрид. — У них должно быть досье на каждого солдата.

— Попробуем. Но обычно они не очень охотно делятся такими данными.

Через дипломатические каналы и связи Интерпола удалось найти сослуживцев Торна в США. В половине девятого утра в штаб операции позвонил неизвестный мужчина с американским акцентом.

— Говорит полковник Джеймс Уильямс, армия США, — представился он. — Командование сказало, что вы хотите поговорить о Маркусе Торне. У меня есть информация, которая может помочь.

— Откуда вы знаете Торна? — спросил Эриксен.

— Командовал его подразделением в Афганистане четыре года. Знаю обстоятельства его… заболевания.

— Заболевания?

— Серьезное психическое расстройство, развившееся после боевой травмы. Мы искали его два года, с тех пор как он дезертировал из военного госпиталя.

— Почему не сообщили в Интерпол?

— Потому что это касается национальной безопасности. Торн владеет засекреченной информацией о спецоперациях.

— И что изменилось сейчас?

— Масштаб преступлений. Мы поняли, что он стал угрозой не только для США, но и для всего мира.

Эриксен немедленно организовал видеоконференцию. Через час на экране появился военный средних лет с усталым лицом и выправкой человека, прошедшего не одну горячую точку.

— Полковник Уильямс, расскажите все, что знаете о Торне.

— Маркус Эдвард Торн поступил на службу в 2003 году. Отличный солдат — дисциплинированный, храбрый, умный. Специализировался на разведке и диверсиях.

— Когда начались проблемы?

— В Афганистане, примерно с 2009 года. Сначала незначительные странности — повышенный интерес к местной истории и религии.

— Это было необычно?

— Многие солдаты увлекаются экзотикой. Но у Маркуса это переросло в навязчивость. Он изучал древние святилища, покупал у местных артефакты, расспрашивал стариков о дохристианских верованиях.

К видеоконференции подключилась военный психолог майор Сара Кэмпбелл:

— Я консультировала Торна после травмы.