– Прошу прощения, не могли бы вы выразиться яснее?

– Она крикнула, словно в панике.

– Но вы все равно пошли в сарай.

– Да.

Допрос продолжался. Энди что-то бубнил, Брокбэнк задавал вопрос за вопросом, и так до бесконечности. Кровь. Тело. Пронзительный взгляд мертвых глаз Стюарта. Что говорила Табита, что она делала, как она едва не лишилась чувств от ужаса. Как Энди вызывал экстренные службы. Как Табита с окровавленным лицом повалилась на диван.

– Она еще что-нибудь говорила вам?

– Что-то невнятное. Как будто ей было больно.

Табита прикрыла лицо ладонью, чувствуя, как на нее смотрят все присутствующие. Они представляли себе ее в тот момент, безумную и измазанную кровью.

Табита тоже попыталась…

Наконец, Брокбэнк задал свой последний вопрос, и наступила ее очередь. Табита встала и повернулась лицом к Энди.

– Ты уж прости за все это…

На губах у Энди мелькнуло какое-то подобие улыбки, и его лицо на мгновение снова сделалось приятным. Табита не могла понять, о чем спрашивать друга. В наступившей тишине было лишь слышно клацанье ручки Брокбэнка: «тик-тик-тик».

– Считаешь, это я убила его? – наконец спросила Табита.

– Ты же ведь обещала никогда так не спрашивать, – довольно громко, чтобы ее услышали все, простонала Микаэла.

Энди в ужасе уставился на Табиту. До нее только сейчас дошло, что она ляпнула, и было ясно, что все в зале это поняли.

– Ох ты ж…

– Я хочу сказать… Я не считаю… и ничего такого не думал. Мы же с тобой друзья… Просто… я знаю, что ты и мухи не обидишь, но тогда ты была в таком состоянии…

Сбиваясь, Энди стал объяснять, что хоть тело Стюарта и было найдено в доме Табиты, это отнюдь ничего не означает…

У Табиты шумело в ушах, отчего она почти не разбирала слов. Перед глазами все плыло.

Она посмотрела на Брокбэнка и Элинор Экройд. Их лица были неразличимы, словно в тумане, но на них все же проступало едва сдерживаемое удовольствие.

– Вы сволочи! – крикнула Табита так громко, что едва не сорвала голос. – Энди единственный человек, с которым у меня сложились нормальные отношения в этой дерьмовой жизни, а вы, вы… Что вы сделали со мной?!

Ее уже выводили из зала суда, но Табита все еще продолжала кричать. Последним перед ее глазами мелькнула согбенная над свидетельской трибуной фигура Энди с искаженным гримасой лицом, словно его кто-то ударил.

Глава 65

Даже оставшись одна в тишине камеры, Табита никак не могла отделаться от ощущения, что попала в настоящее осиное гнездо. Насекомые наполняли своим жужжанием воздух вокруг нее, но тот же звук доносился как бы и изнутри ее черепа. Осиные лапки щекотали кожу и одновременно шуршали под ней. Табите очень хотелось разодрать что-нибудь на себе или ахнуть кулаком по стене, чтобы положить конец лихорадке, успокоить проклятый зуд, который никак не хотел униматься.

О том, что произошло в суде, Табита почти ничего не помнила – лишь то, как ее волокли, словно дикого зверя, через зал, потом по коридорам и, наконец, бросили в камеру.

Она встала и повернулась к белой бетонной стене. Медленно сжала пальцы правой руки и подняла ее. Всего один удар, и будет хорошо.

– Постойте! – раздался голос позади.

Табита обернулась. В дверях перед нею стоял Саймон Брокбэнк. Его мантия свисала с руки, в которой он сжимал парик.

Брокбэнк вошел и сел на один из двух стульев, что были в камере. Мантию и парик он бросил себе на колени.

– Несколько недель назад, – сказал он, – у меня было одно дело.