В глазах стало темно, на плечи словно навалилась вся тяжесть прожитых лет, и заяц, наконец, выпал из ослабевших рук. Кинжал исчез сизой дымкой, оставив после себя слабо кровоточащую ранку. Я навзничь упала в подставленные руки светловолосого эльфа:

— Оставьте их. Никуда из этого купола они не денутся. Пускай живут. Пока живется.

* * *

На этот раз вокруг был песок. Золотые горы вздымались во всех направлениях до самого горизонта. Ослепительно светило солнце. В одночасье стало так жарко, словно подо мной развели костер. Три фигуры кружком стояли на одном из барханов:

— Снова промахнулся, — прошипел Василис. Сильный ветер заставлял поменьше открывать рот.

— Вы хоть немного ее ощущаете?

— Время от времени.

— А… это потому мы время от времени делаем такие бездарные прыжки в никуда? — злорадно протянула темная фигура.

— А тебя вообще никто за собой не звал, — отрезал Даниил. — Свалился на наши головы.

— Хватит, — Василис посмотрел вокруг. — Я опять что-то уловил. Надо спешить.

Видение исчезло, и я окунулась в пустоту.

* * *

В большом мраморном зале было много окон, ажурных колонн, хрустальных светильников и только один эльф. Он сидел в высоком резном кресле, покрытом серебром, и иногда бросал тоскливые взгляды на дверь. Эльф был совсем еще молодым, с большими сиреневыми глазами и короткой пепельно-белой шевелюрой.

Сегодня был день общения Повелителя с народом, но последний подло отсутствовал. Конечно, если бы им грозила война, экономическая нестабильность или какой-нибудь политический конфликт, Великий и Всезнающий враз оказался бы самой популярной личностью в Граде. Но, увы. Ни в ближайшее время, ни в дальнейшей перспективе ничего подобного не предвиделось. Если вообще у его народа будет эта самая «дальнейшая перспектива».

Два месяца назад на территории эльфов появилось незнаное раньше чудовище. Размером как дракон, умом аки бревно. Договориться с ним оказалось невозможно, эльфийское оружие и магия действовали плохо, а жителей становилось все меньше и меньше. Нет, чудовище не ело прекрасных эльфийских дев. Только вот жить по соседству с огнедышащей громадиной почему-то никто не желал. Да и серой от него воняло невыносимо.

Повелитель еще раз с тоской обвел глазами свой огромный тронный зал и с удовольствием распластался в кресле. Скрипнула дверь. Повелитель подскочил, напустил на себя величественный вид и:

— А… это ты…

В зал быстрым шагом вошел придворный маг. На плече без видимого усилия он нес женскую фигурку и, судя по смотревшей в небо пятой точке, фигурка эта было — то, что надо. Повелитель понятливо усмехнулся, но тут же взял себя в руки:

— Друг мой, — торжественно начал он. — Объяснись.

— Объясняюсь, — кратко ответил медноголовый. — Это — она.

— Увы, не понял, — сощурился Владыка, глядя как маг, не смущаясь и не сбавляя скорости, идет прямо на него. — Да, не нужно спрашивать разрешения! — саркастично усмехнулся он, поднимаясь с трона. — Разве это так важно — выразить немного уважения к своему Господину?

Маг осторожно положил женщину на кресло, стараясь максимально удобно устроить ее голову и ноги на подлокотниках, и отошел на полшага.

— Ты помнишь, я рассказывал о той, кто спасет нас от ненавистного иждивенца?

— От кого?!

— От того, кто живет на соседнем болоте и кто уже всю округу загадил.

— Слушай, — устало потер лоб Повелитель. — Ты можешь выражаться яснее?

— От ящера огнедышащего.