господского мужика и пошел к Саратову.

     Узнав  о  взятии  Пензы,  саратовское  начальство  стало  делать   свои

распоряжения.

     В Саратове находился тогда Державин. Он отряжен был (как мы уже видели)

в село Малыковку, дабы оттуда пресечь дорогу Пугачеву в случае побега его на

Иргиз. Державин, известясь о сношениях Пугачева  с  киргиз-кайсаками,  успел

отрезать  их  от  кочующих  орд  по  рекам  Узеням  и  намеревался  идти  на

освобождение Яицкого городка; но был предупрежден  генералом  Мансуровым.  В

конце июля прибыл он в Саратов, где чин гвардии поручика, резкий ум и пылкий

характер доставили ему важное влияние на общее мнение.

     1 августа Державин, обще с главным судией конторы Опекунства колонистов

Лодыжинским, потребовал саратовского  коменданта  Бошняка  для  совещания  о

мерах, кои должно было предпринять  в  настоящих  обстоятельствах.  Державин

утверждал, что  около  конторских  магазинов,  внутри  города,  должно  было

сделать укрепления, перевезти туда казну, лодки на Волге  сжечь,  по  берегу

расставить батареи и идти навстречу Пугачеву. Бошняк не соглашался  оставить

свою крепость  и  хотел  держаться  за  городом.  Спорили,  горячились  -  и

Державин, вышед из себя, предлагал  арестовать  коменданта.  Бошняк  остался

неколебим, повторяя, что он вверенной ему крепости и божиих церквей покинуть

на  расхищение  не  хочет.  Державин,  оставя  его,  приехал  в   магистрат;

предложил, чтобы все обыватели поголовно явились на земляную работу к месту,

назначенному  Лодыжинским.  Бошняк  жаловался,  но  никто  его  не   слушал.

Памятником сих споров  осталось  язвительное  письмо  Державина  к  упрямому

коменданту 6.

     4  августа  узнали  в  Саратове,  что  Пугачев  выступил  из  Пензы   и

приближается к  Петровску.  Державин  потребовал  отряд  донских  казаков  и

пустился с ними в Петровск, дабы вывезти оттуда казну, порох  и  пушки.  Но,

подъезжая к городу, услышал он колокольный звон  и  увидел  передовые  толпы

мятежников, вступающие в город, и духовенство, вышедшее к  ним  навстречу  с

образами и хлебом. Он поехал вперед с есаулом и двумя казаками и, видя,  что

более делать было нечего, пустился с ними  обратно  к  Саратову.  Отряд  его

остался  на  дороге,  ожидая  Пугачева.  Самозванец   к   ним   подъехал   в

сопровождении своих сообщников. Они приняли его, стоя на коленах. Услыша  от

них о гвардейском офицере, Пугачев тут же переменил лошадь и,  взяв  в  руки

дротик, сам с четырьмя казаками поскакал за ним в погоню. Один  из  казаков,

сопровождавших Державина, был заколот Пугачевым. Державин успел добраться до

Саратова, откуда на другой день выехал вместе с Лодыжинским,  оставя  защиту

города на попечение осмеянного им Бошняка 7.

     5 августа Пугачев пошел к Саратову.  Войско  его  состояло  из  трехсот

яицких казаков и ста пятидесяти донских, приставших к нему накануне, и тысяч

до десяти калмыков, башкирцев, ясачных татар, господских крестьян,  холопьев

и всякой сволочи.