- Я вижу перед собой чужого… - прошептала Аликс.

Дункан бросил отрезанную косу в огонь, шатер наполнился запахом паленых волос. Воин снова сунул нож в ножны и указал на дверной полог:

- Теперь, рухолла, я отведу тебя к Райссе.

На этот раз Дункан отвел Аликс к коричневому шатру, на котором красовалось изображение золотой лисицы. Он откинул дверной полог и жестом пригласил ее войти, Аликс подчинилась, не глядя на Дункана. Ей было стыдно показываться на людях с остриженными волосами.

Из- за занавеса, разделяющего шатер на две части, вышла женщина с черными, подернувшимися серебром волосами, ее прическа состояла из множества переплетенных серебряными шнурами, закрепленных серебряным гребнем искусной работы. Одета она была с черное платье из тонкой шерсти, отороченное на рукавах и по горловине красным, а поясом ей служила тонкая цепочка с маленькими серебряными бубенцами. Женщина была немолода, но красива, сразу было видно, что она Чэйсули -высокие скулы, тонкая линия носа, чистый лоб - и желтые глаза, тепло глядевшие на Аликс.

- Вот эта девушка, Райсса, - сказал Дункан. - Это Аликс.

Женщина улыбнулась Аликс и серьезно посмотрела на Дункана:

- Кто обрезал ей волосы? Он сжал зубы:

- Я.

Женщина подняла брови:

- Но только Совет Чэйсули решит, может ли она остаться одна.

Аликс почудилось в этих словах невысказанное осуждение, бросив взгляд на Дункана, она с удивлением увидела, что тот склонил голову, словно признавая свою вину - однако через мгновение воин вновь вскинул взгляд на женщину:

- Она сама приняла решение… я только исполнил его.

- Он не говорил, что обрежет мне волосы, - с горечью пожаловалась Аликс.

Райсса сделала шаг вперед - в складках платья звенели и поблескивали серебряные бубенцы. Тонкая смуглая рука коснулась завитков коротких волос Аликс:

- Мне жаль, что он поступил так необдуманно. Он должен был объяснить тебе обычай, - женщина еле заметно улыбнулась. - Я никогда не видела, чтобы Дункан совершал какие-либо поступки без причины, что-то должно было подвигнуть его на такое…

- Он сделал это из ревности. Райсса отняла руку:

- Дункан?… Почему ты так говоришь? Аликс бросила на Дункана косой взгляд:

- Он сказал, что будет просит у Совета права… взять меня чэйсулой.

Затем, узнав, что его прежняя женщина забеременела и снова свободна, он отказал мне в достойном замужестве и предложил взять меня к себе просто любовницей, она перевела взгляд на Райссу. - Разумеется, я отказалась.

- Среди нас мэйхи пользуются уважением, Аликс, - серьезно ответила женщина. - Здесь такая женщина - не грязь под ногами, как шлюхи Мухаары. Сейчас нас слишком мало, чтобы придавать значение тому, замужем женщина, или нет. Быть мэйхой - вовсе не бесчестье. Аликс вздернула подбородок:

- Мне еще многое предстоит узнать о законах и обычаях Чэйсули, но, боюсь, это будет даваться с трудом. Такого предложения я все равно никогда не приму и не смирюсь с ним.

Райсса улыбнулась:

- Ах, вот оно что… значит, для тебя - все или ничего. Быть может, ты не так уж и не права. Однажды то же самое я сказала моему чэйсулу, - она взглянула на Дункана. - Ладно. Все это должно быть улажено в Совете. Пока не выяснены линии ее родства, пока она не принята кланом, пусть остается у меня: я научу ее всему, что она должна знать. Благодарю, Дункан, за то, что ты привел к нам заблудшую и потерянную.

Дункан ничего не сказал - кивнул и вышел, оставив Аликс наедине с Райссой.

Он даже не оглянулся. Аликс чувствовала себя так, будто ее обокрали, и еще сильнее возненавидела Финна за то, что все это началось из-за него.

Райсса жестом указала Аликс на одеяло у очага и села сама.