Добытые сведения у важных для императора бесов, которых я с периодичностью раз в неделю уничтожал, помогли составить достаточно подробную карту подпольных предприятий. Грех было ею не воспользоваться. Поэтому вскоре в столице возник серьёзный дефицит дури. Ну а наши карманы просто распухли от денег, взятых на месте акций. Даже Вера призналась, что не знает, куда можно вложить подобные огромные суммы, чтобы не было опасных вопросов.

Но кроме бандитской войны, кафедра участвовала и ещё в одной очень тайной битве. «Нищий» князь Аничков, сидя на паперти, продолжал держать руку на пульсе. Только его интересовали не обыкновенные, а политические преступники. Через свою выстроенную за десятилетия агентурную сеть он выявил многих революционных лидеров, подбивающих рабочих на вооружённый бунт. Эти «радетели за равенство» почти все кормились с руки Тёмного Князя, поэтому нам не составило большого труда после устранения очередного «вождя» спихнуть это преступление на московский криминал.

Вскоре ни одного значимого революционного кружка в столице не осталось. Впрочем, и Москва от нас не отстала. Пусть и без нашей помощи, но важных смутьянов там тоже поубавилось. И никто не хотел идти на их место. Дураков нет подписывать себе почти стопроцентный смертный приговор.

В конце марта всё внезапно заглохло. Бандитские формирования двух главных городов Российской империи истощили себя полностью. Немногие выжившие главари отошли в сторону от разборок, объявив себя «нейтральной стороной». Такое абсолютно не устраивало Тёмного Князя, поэтому он попытался заново сплотить теневую часть Петербурга. Но это уже не понравилось главарям, и они, как тараканы, разбежались из столицы по различным глухоманям. Причём бежали не одни, а со своими подельниками.

Полиция же… Вместе с жандармерией примерно показывала свою профнепригодность, вылавливая мелкую шушеру и не замечая кровавых рек на улицах городов. Думаю, этими с виду полностью разложившимися ведомствами Павел Четвёртый мог бы гордиться, но… Всё дело в том, что между чиновничьей «пеной» и парой сотен абсолютно непригодных к службе мелких блюстителей спрятался слой грамотных и ответственных служак, радеющих за правду и законность. Но они пока никак не проявляли себя. Рано. До Великого Размытия не нужно показывать Тёмному Князю, что в городе можно легко навести порядок.

Честно говоря, к концу всей этой вакханалии я сильно изменил своё отношение к деятельности Яриной, Аничкова, Хаванского и остальных заговорщиков. Да, с виду они годами ничего не делали, а лишь болтали языками. Но на самом деле смогли заложить крепкий фундамент для начала серьёзной войны с Павлом Четвёртым. Умные и очень терпеливые люди! Ликвидатор Сидо даже в своём прошлом теле с огромными возможностями не смог бы добиться подобного. Это стоило признать и принять.

Глава 19

Люблю весну. Не ту раннюю, когда снег превращается в грязевое месиво, а во всём своём расцвете. Идёшь по улице, подставляя лицо тёплому, ещё не по-летнему жаркому, но уже достаточно ласковому майскому солнышку, и кайфуешь от этого. Как же я за зиму соскучился по нему! И день ото дня становящаяся всё сочнее и сочнее зелень на деревьях прибавляет оптимизма. Одежда тоже радует. После тяжёлой шубы стильное драповое пальто кажется пушинкой.

Зайдя в Академию, приветливо поздоровался с охранниками и, сдав верхнюю одежду в гардероб, направился в аудиторию. Вся кафедра Лингвистики уже собралась в полном составе. При моём появлении студенты дружно встали, выказывая уважению к преподавателю.

— Садитесь, дамы и господа. Я тоже рад вас видеть, — с улыбкой поприветствовал я группу.

Все послушно выполнили приказ. Я же не сразу начал урок.