Мы здесь можем спорить до посинения, только ничего изменить не в состоянии. Так что приказываю всем преподавателям довести до своих кафедр изменения в учебном процессе и быть готовыми через два дня прибыть к местам сбора.

Ещё немного повозмущавшись, все преподаватели разошлись. Я же сразу направился к Алтайской Ведьме. Несмотря на то, что числится в штате Академии, конкретно она не прикреплена ни к одной из кафедр. Так что необходимо с ней поделиться новой, настораживающей до печёночных колик информацией.

Выслушав меня, Ярина смачно выругалась. По её словам, подобное ничего не предвещало. А у княгини в министерстве Образования своих людей хватает. Этим же вечером все основные заговорщики собрались за городом. Не менее тревожные новости принёс и полковник Краснов. Часть жандармских и полицейских корпусов отправляется на усиление в Казань.

— Тёмный Князь что-то затевает! — моментально высказался Беда. — Какую-то пакость хочет устроить в Петербурге, поэтому и оттягивает из него любые подразделения с достаточным числом одарённых. Что-то мы проморгали. Знать бы только: что…

— Видимо, да, — согласился с ним Аничков. — Но я не могу предположить, какую эффективную акцию намеревается устроить Павел Четвёртый. До Великого Размытия ещё год, и нет смысла в откровенных действиях.

Но первое, что мне приходит на ум, это инсценировка покушения на себя. Большая группа людей или тварей нападает на дворец, устраивает там бойню и уходит. Только при таком раскладе и необходим массовый выезд одарённых из столицы. Чтобы некому было оказать достойного сопротивления нападающим.

Сам же Павел Четвёртый чудесным образом выживает и получает непонятные нам дивиденды.

— А чего тут непонятного? — хмыкнул Хаванский. — У него будут полностью развязаны руки. Даже любое самое кровавое его действие в глазах народа будет выглядеть оправданным. Можно прижать к ногтю непримиримую аристократию и пикнуть никто не посмеет, чтобы не стать фигурантом дела о покушении.

— Получается, что нам не стоит покидать Петербург, — сделал и я свои выводы. — Но такое массовое неповиновение приказу будет приравниваться к вооружённому восстанию.

— Верно, Родион, — грустно кивнул Аничков. — Поэтому придётся подчиниться и покинуть Петербург. Потом оценим ситуацию и будем решать, как нивелировать усилия Тёмного Князя. Ну а пока он совершил очень неожиданный ход, на который мы не можем достойно ответить. Это стоит признать.

Глава 21

Буквально на следующее утро люди князя Аничкова принесли ещё одну жутко настораживающую новость. Генеральный штаб устроил глобальную передислокацию армейских сил. Якобы для того, чтобы усилить воинские подразделения и оптимизировать их действия в местах размытий.

На деле же начался бестолковый хаос, подрывающий мощь армии похлеще любого нападения Преисподней. Наши люди в штабах попытались это безобразие хоть как-то приостановить, но приказы исходили из самого императорского дворца. И в них было учтено всё — от количества перебрасываемых сил до логистики.

— Тёмный Князь решил окончательно развалить армию, — вынес свой вердикт Аничков.

— И силы правопорядка тоже, — добавил полковник Краснов. — Причём одномоментно.

— Не забывайте про Академию, — вклинился в разговор и я. — Почти все боеспособные или частично боеспособные одарённые студенты отправляются к чёрту на кулички. Что же такое затеял император? Это давно составленные планы или его ответная реакция на наши телодвижения?

— Скорее всего, не экспромт, а основательно продуманная операция, — выразил своё мнение князь Хаванский.