Если бы не читающийся с первого взгляда дурной характер.

— А у тебя была назначена встреча с кем-то ещё? — Она вопросительно выгнула светлую бровь, скрестив руки под грудью. — Идём. Ты последний.

— Сразу за вами, капеллан…

Пристроившись следом за лидером каравана, частью которого мне предстояло стать, я невольно на неё засмотрелся и сам не заметил, как мы вышли за ворота.

И только там стал понятен масштаб бедствия: вдоль дороги стояло больше трёх десятков телег и повозок, и на каждую приходилось по три-четыре человека.

Шума, что удивительно, не было. Лошади пока что сонно покачивали головами, да и потенциальные раздражители, — люди, — не торопились лишний раз шевелиться.

Столь ранняя побудка была чужда тут почти всем, и это в некотором смысле объясняло не лучшее настроение капеллана Висс.

Я кое-что о ней слышал раньше, и поэтому предполагал, что сопровождение каравана с молодёжью из одного края Империи в другой — не предел её мечтаний.

— Стройсь! — Её боевитый голос разнёсся вдоль дороги, мигом сформировав из таких же, как я, бедолаг, некое подобие шеренги. — Дважды повторять не буду! Место в караване ищете сами! Лично распределять вас по повозкам я не намерена! На каждой стоянке первые полчаса ваши, а после вы в течение двух часов занимаетесь с мечом под моим надзором! Пища дважды в день, на привале и на ночлеге! В пути каждый из вас будет оказывать посильную помощь охранению, время дежурств узнаете у капитана Зевека. Зевек!

— Я, госпожа! — Вперёд вышел усатый, широкоплечий и поджарый мужчина лет тридцати. В глаза сразу бросились знаки различия на его форменной одежде, по которым я легко опознал командира полноценного Кредо Ордена.

Значит, с нами двигалось три-четыре Завета, тройки отлично обученных и всецело лояльных бойцов. Уже неплохо.

— Птенцов берёшь под свой надзор, определишь им работу в пути, на привалах и на стоянках. Вопросы⁈

Вопросов ни у кого не оказалось.

Разве что мне стало интересно, как в таком компактном и миловидном женском теле поместилась настоящая фурия, но спрашивать я, конечно же, не собирался.

«Будь она наставником в обители, стала бы самым нелюбимым преподавателем вообще у всех. И особенно у девушек» — подвёл я итог уже после того, как капеллан ушла, а за нас крепко взялся пресловутый Зевек.

Орал и костерил он всех и по-всякому, но это шло во благо: то, на что ушло бы больше часа, оказалось выполнено за пятнадцать минут лишь благодаря его устным командам, состоящим строго из непечатных слов и предлогов.

А после прозвучал приказ на выдвижение, и я, взобравшись на недовольно фыркнувшую гнедую лошадь, занял отведённое мне место в охранении.

Спать после прошедшей ночи хотелось нещадно, но халтурить мне не позволила бы совесть и опасения за свой комфорт в дальнейшем.

Всё же в пути мне предстояло провести около двух месяцев, и здравый смысл подсказывал, что лучше изначально представить себя окружающим в роли честного, доброго и исполнительного юноши, которому не грех и помочь, случись что.

Собственно, по этой причине я и старался по-доброму улыбаться всем, кого видел, с первых минут завоёвывая у них некоторые баллы расположения.

— Даррик, верно? — Со мной поравнялся Зевек, сидящий верхом так ловко, словно у него зад прирос к седлу ещё в раннем детстве. — Ты среди птенцов самый старший, как я погляжу. Могу рассчитывать на то, что ты присмотришь за молодой порослью, чтобы не набедокурили в пути?

— Формально мы с ними в одном статусе, капитан. — Я кивнул, заменив тем самым рукопожатие. Мужчина ответил тем же. — Но если такая необходимость действительно есть, то я этим займусь.