— Рад знакомству, комендант. Меня зовут Даррик Саэль, капеллан-актуариус, прибыл в помощь Мошу Буру. — Я представился, обменявшись взглядами с застывшей чуть в стороне Вейрой.

Магесса была хладнокровна и собрана, взирая на мир живыми, сверкающими глазами цвета расплавленного золота. Ночь в тепле и безопасности пошла ей на пользу, вернув лицу краски, а характеру — живость.

— Наслышан, капеллан Саэль, наслышан. — Комендант покивал довольно, не сказав ни слова против формального обращения. — Ваши таланты нам очень пригодятся. На границах ныне неспокойно…

— Сделаю всё, что будет в моих силах, комендант. — Я кивнул, посмотрев сначала на честное лицо Моша Бура, а после на старшего офицера крепости. — Капеллан Бур вчера обмолвился о том, что за волнениями на границах стоят некие еретики и контролируемая ими нежить…

— Всё так. — Комендант покивал. — Они пользуются тем, что капеллан у нас один на три крепости, и везде успеть физически не способен.

— Вы уверены, что это действительно нежить и одарённые-отступники? — Комендант приподнял бровь, и я продолжил: — По пути сюда мы наткнулись на опустевшую деревню. Её покидали без боя, следов магии я так же не обнаружил…

— Люди боятся, капеллан. И бегут…

— Но не бросают всё имущество, забирая при этом скот вплоть до последней курицы. — Возразил я. — Если это действительно промыслы еретиков, то у них, видимо, очень своеобразные методы, о которых вам должно быть что-то известно.

Антагас покосился на Бура:

— Об этом лучше спрашивать Моша, капеллан Саэль. Он изучал стратегию наших врагов, и он же планирует и осуществляет операции по их поиску и уничтожению. Весьма успешно при том…

— Комендант, вы знаете о том, кто такие чуждые? — Прямо спросил я, поняв, что Антагас давно и надёжно обжился под пятой капеллана. — Это паразиты, способные заражать и подчинять себе людей и не только их. Среди этих тварей встречается особый вид — погонщики. Это, скажем так, отдельная их каста, способная на расстоянии подчинять себе людей. Например, чтобы заставить население целой деревни встать и покинуть свои дома…

Я сложил руки за спиной, убедившись, что меня слушают и не собираются перебивать, после чего продолжил:

— Сама по себе эта угроза куда серьёзнее нежити и любых чернокнижников. Поэтому я искренне не понимаю, почему вы отбрасываете этот вариант.

— Тому есть веские причины. — Хмуро заметил Бур, скрестив руки на груди.

— Так покажите их мне, капеллан. — Я встретил его взгляд. — Вы можете счесть это паранойей, но я не так давно имел сомнительное удовольствие столкнуться с этими нелюдями почти у самого Визегельда. И пока остаётся вероятность того, что они промышляют и тут, я не отступлюсь.

— А вы, госпожа Куорн, придерживаетесь того же мнения? — Бур отчего-то не торопился отвечать на мои вопросы.

— Скорее да, чем нет, капеллан. Эти чудовища действительно опасны и, что важнее, непредсказуемы. Никто не знает, что произойдёт через десять или двадцать лет, если они тут действительно есть, и их при этом никто не найдёт…

«Произойдёт катастрофа» — мысленно подметил я, помня обо всём, что удалось вычитать о чуждых в книгах, летописях и жизнеописаниях моих предшественников.

— Я вас понял. — Мош Бур смерил тяжёлым взглядом и меня, и магессу. — Скажу так: я лично сталкивался с нежитью и еретиками у границ и в глуби наших территорий. Видел как пленённых ими жителей, так и тех, кто уходил с ними добровольно. Они бросают свои дома из страха перед Имперским возмездием, а скот угоняют потому, что им тоже нужно что-то есть.

— Не может быть такого, что на сторону врага переходили бы целыми деревнями…

— Достаточно того, чтобы предатели открыли ворота посреди ночи.