А когда это всё же произошло…

Я почувствовал, как «звено», эта особь-координатор, призвала рой на свою защиту. И очень слабо, почти неслышимо уловил отклик десятков и сотен групп, бросивших все прочие дела. Тысячи тварей сейчас стирали лапы в кровь, несясь нам на перехват…

И все они не успевали.

Рой допустил фатальную ошибку, понадеявшись на скрытность и на то, что у нас не будет возможности для эффективной контратаки.

Но «счастливое» совпадение и моя самоуверенность в том лесу, таланты Вейры, выбранный по чистой случайности подходящий ритуал — всё это пробудило то, из-за чего нормальный капеллан незамедлительно шагнул бы в костёр. А я…

Я решил этим воспользоваться.

Обманул Логара и офицеров, заставив их поверить в то, что предложенный мной план лучше всех прочих. Не позволил своим людям даже задуматься о возможности нанесения быстрого и точного удара по координатору чуждых малыми верховыми силами, внушив им уверенность в том, что единственный вариант уже предложен мною.

И всё это потому, что я хотел отправить Вейру в тыл, обеспечив её достаточным количеством защитников.

Жертвенность, долг, смирение — три столпа, на которых зиждился Орден. И сегодня я попрал их все. Сделал то, от чего каждого послушника предостерегали наставники сотни и тысячи раз.

Взрастил в себе привязанность, предав всё, и теперь намеревался смыть это предательство кровью.

Хватит ли этого, или Трон в самом конце отвергнет мою душу — загадка. Но я не собирался нарушать клятвы, которые засвидетельствовал лишь один человек.

«Я сам».

Когда двойка дозорных, идущих в сотне метров впереди, развернулась, бросившись к нам со всех ног, мы с Логаром насторожились.

А когда те подбежали ближе — и сами уже услышали шум.

Людские крики, звуки боя, вой и стенания доносились из-за нагромождения камней, становясь всё громче с каждым нашим шагом. Своеобразная акустика этих троп, стелящихся среди скал, не позволяла точно определить направление, но я мог поклясться, что чуждых в непосредственной близости не было.

— Капеллан?

— Ускоряемся. Не похоже, чтобы источник звуков был далеко.

«И как бы он не оказался прямо на нашем пути».

— Есть! — Логар отсигналил прочим офицерам, и совсем скоро весь отряд увеличил темп, сохраняя при этом полную боеготовность.

Мы преодолели ещё с три сотни метров, прежде чем поднялись на каменистый холм, увидев, наконец, всю картину разом: сбившись в одну кучу вокруг гружёных тюками и ящиками волов, люди оборонялись от крупной стаи седых гончих — массивных, покрытых густой колкой щетиной хищников, издревле кочующих по безжизненным скалистым землям севера.

И оборонялись весьма посредственно, потому как среди них не было мужчин. Сплошь женщины, старики, дети и подростки, у которых недоставало ни сил, ни опыта для того, чтобы отбиться ото зверей.

Чуть в стороне отдельные гончие уже рвали двоих убитых, к которым совсем скоро должны были присоединиться и все остальные.

— Варвары, капеллан. — Произнёс Логар, нахмурившись. — Прямо на дороге. И мимо не пройти… Разрешите разогнать зверьё?

Я обернулся к своим людям, коснувшись пальцами горла:

— Разогнать хищников и освободить путь! Сохранять бдительность! Наша задача — пройти мимо как можно быстрее!..

Сложно было поверить в то, что у этих несчастных есть шансы преодолеть опасный участок и не столкнуться с чуждыми, но мы всё равно не могли пройти мимо, не избавившись от гончих.

А солдаты тем временем мигом подобрались, найдя в стае хищных зверей возможность спустить накопившийся за несколько часов пар. Сновавшие вокруг чуждые не добавляли никому спокойствия, так что я прекрасно понимал радость парней и мужчин, которым наконец-то позволили сделать хоть что-то.