Еще двум дамам, потерявшим сыновей, достались «Знаки Святой Ольги», а нескольким совсем молоденьким барышням – фрейлинские шифры. Одна из них показалась Марту смутно знакомой, но он никак не мог разглядеть, кто это, пока, наконец, не услышал представление: «Александра Владимировна Зимина-Колчак за заслуги отца!»

– Вот это да, ваша дочь теперь придворная? – удивился Колычев.

– Не совсем, – так же тихо отозвался опекун. – Раньше, действительно, их давали только придворным, а теперь это просто почетный знак, который полагается носить на важные мероприятия.

После награждения заиграла музыка, затем одни слуги вкатили в зал столики на колесах, уставленные закусками, другие разносили шампанское, и началось нечто вроде фуршета.

– А я думал, будет пир! – немного иронически заметил Март.

– Опоздал, брат, – засмеялся Зимин, – в последний раз торжественный обед после награждения случился еще при прежнем императоре!

– Папочка, ты видел, как меня наградили? – вихрем налетела на них Саша.

– Конечно, видел, – улыбнулся отец. – Тебя было трудно не заметить!

– Конечно. Я тут самая красивая!

– И самая скромная, – не удержался от шпильки Колычев.

– Ах, вы тоже здесь? – обворожительно улыбнулась старательно не замечавшая его до сей поры девушка.

– Случайно мимо проходил, – пожал плечами Март.

– А государь случайно наградил вас георгиевским оружием, – в тон ему продолжила Саша.

– Ладно, дети, – усмехнулся Зимин. – Мне надобно кое с кем переговорить, так что оставляю вас одних. Не скучайте!

Обычно Март легко сходился с представительницами прекрасной половины человечества, после чего так же легко расставался. Если, конечно, тем не удавалось прежде втравить его в какую-нибудь неприятность. Но с дочерью своего опекуна он чувствовал себя не то чтобы скованно, но как-то все-таки не в своей тарелке. Она была, безусловно, хороша собой, да к тому же очень обаятельна, а еще… они были помолвлены, и это, честно говоря, напрягало.

– Хотите что-нибудь выпить? – предложил он, не зная, что ей сказать.

– Шампанского «Розе», – отозвалась она.

– Хорошо, я сейчас, – сорвался он за проходившим мимо официантом.

Не без труда найдя на изрядно опустевшем подносе две креманки – широкие бокалы-блюдца с розовой, искрящейся мелкими пузырьками жидкостью, он собрался было идти назад, но буквально наткнулся на компанию офицеров флота.

– Простите, господа, – хотел он их обойти, но не тут-то было.

Пилоты, один из которых был его соседом во время награждения, и не думали расступаться.

– А вот и вы, – расплылся в дурацкой гримасе лейтенант. – Простите, никак не могу определить вашего чина.

– У меня нет чина, – спокойно отозвался Колычев. – Я приватир.

– Очень интересно! А как же вы друг друга различаете?

– А вам это зачем, желаете оставить службу?

– А почему бы и нет? Вон вас как награждают…

Ситуация была абсолютно дурацкой. Во-первых, царский прием, так что руки распускать все-таки не следовало. Во-вторых, они все равно заняты бокалами, а компания явно намеревалась устроить скандал… И тут ему на помощь совершенно неожиданно пришла Саша. Заметив, что ее спутника окружили какие-то люди, она незаметно подошла поближе и, как только ситуация стала накаляться, недолго думая, вошла в «сферу» и что было сил ударила по никак не ожидавшим подобного исхода молодым людям.