На ходу запахивая халат, Арран вылетела из квартиры, даже не надев туфли. Триуфф помчалась вслед, как всегда ее туфельки на высоких каблуках звонко цокали: «День‑ги, день‑ги», – по крайней мере, так слышалось Арран. Правда, иногда ритм менялся, и тогда каблучки выстукивали:

«Да катись ты, да катись ты». Отличный менеджер. Миллиарды в банке.

– Арран, – окликнула Триуфф, – я знаю, ты очень устала.

– Ха, – ограничилась смешком Арран.

– Но пока ты записывалась, я здесь провернула одно маленькое дельце…

– За то время, пока я записывалась, ты могла купить и снова продать целую планету! – прорычала Арран. – Семнадцать дней! Я актриса, а не спортсмен какой‑то. Я самая высокооплачиваемая актриса за всю историю шоу‑бизнеса, так, кажется, ты выразилась в своем последнем пресс‑релизе. И тем не менее, хоть я просыпаюсь всего на двадцать один день, семнадцать из них мне приходится пахать как проклятой! Каких‑то четыре вшивых денька на отдых, а потом все заново.

– Одно небольшое дельце, – непоколебимо гнула Триуфф. – Такое ма‑аленькое дельце, которое позволит тебе покончить с этой работой и удалиться на заслуженный отдых.

– Покончить с работой? – Сама того не замечая, Арран замедлила шаг.

– Именно. А теперь представь себе – ты будешь бодрствовать целых три недели, и все, что от тебя потребуется, это пару‑другую раз мелькнуть в петлях коллег‑неудачниц.

– И даже ночь я смогу проводить, как захочу?

– Мы отключим камеру.

Арран презрительно хмыкнула.

– В принципе, она тебе вообще будет не нужна! – быстро исправилась Триуфф.

– И что же я должна сделать, чтобы заработать такие деньги? С гориллой трахнуться?

– Это уже было, – возразила Триуфф, – и это не твой профиль. Нет, на этот раз мы дадим толпе полную реальность. Полную!

– Как это? А, ты, наверное, хочешь поставить вместо обычного унитаза стеклянный!

– Я договорилась, – сказала Триуфф, – сделать петлезапись в Сонных Залах.

Арран Хэндалли поперхнулась и изумленно вытаращилась на своего менеджера.

– В Сонных Залах?! Ничего святого не осталось! – Она расхохоталась. – Да тебе, наверное, с целым состоянием пришлось расстаться!

– Ну, вообще‑то хватило всего‑навсего одной взятки.

– И кого ж ты подкупила? Саму Мать, не иначе!

– Почти. По сути дела, мой выбор оказался куда лучше, поскольку Матери даже на то, чтобы высморкаться, требуется разрешение Кабинета. Я подкупила Фарла Баака.

– Баака?! Ну вот, а я‑то считала его честным человеком.

– Это была не взятка в полном смысле этого слова. По крайней мере, деньги здесь не потребовались.

– Триуфф, – нахмурилась Арран. – Я не раз говорила тебе, что под петлекамерой я готова заниматься любовью хоть двадцать четыре часа в сутки. Но в личной жизни я сама себе выбираю мужчин.

– Ты сможешь отойти от дел.

– Я не шлюха!

– Он сказал, что даже пытаться не будет переспать с тобой, если ты сама этого не захочешь. Он просто попросил провести наедине с тобой двадцать четыре часа. Встреча состоится через два твоих пробуждения. Он хочет просто поговорить. Подружиться.

Арран прислонилась к стене коридора.

– Неужели за эту петлю готовы заплатить такие бешеные деньги?

– Ты забываешь, Арран. Твои поклонники без ума от тебя. Но еще ни один человек не делал того, что сделаешь ты. Съемка начнется за полчаса до пробуждения и закончится ровно через полчаса после того, как ты погрузишься в сон.