|
Это прибавило ему духу, и он продолжал драться, стараясь ни на секунду не терять чувство противника. Пока Лэтимер дрался, он все гадал, кто бы это мог быть. Кто-то назвал предводителя майором, и властная речь ирландца подтверждала, что он офицер. Лэтимер сумел даже различить поблескивающие золотом манжеты, петлицы и белые штаны. Неужели они выполняют приказ лорда Уильяма? Это казалось невероятным. Но если это не так, то какой британский офицер осмелился бы на такое? Все эти вопросы промелькнули в мозгу Лэтимера, и в следующее мгновение он отогнал их прочь. Первым делом необходимо свести счеты с этим майором. С выяснением личности и всем прочим можно повременить. И уже через несколько секунд Лэтимер справился с этой своевременно поставленной задачей. Понимая, что из-за света он в невыгодном положении, майор торопился скорей покончить с Лэтимером. Сделав полдюжины ударов наугад, успешно отбитых шпагой Лэтимера, майор отскочил, произвел ложный выпад и нанес новый удар. Но в тот же момент Лэтимер уклонился в сторону, выставив вперед шпагу, и достал ею майора. Шпага майора, не встретив сопротивления, ударила в стену, перегнулась пополам и сломалась, а ирландец по инерции наткнулся животом на шпагу Лэтимера, и та вошла в него до самого эфеса. Белая маска с черными провалами глазниц и разинутым ртом оказалась в футе от лица Лэтимера. Первым чувством Лэтимера было удивление, и сразу вслед за этим его охватило отвращение. Его передернуло, и он непроизвольно оттолкнул от себя корпус майора с такой силой, что выпустил рукоять своей шпаги. Майор вместе со шпагой, торчащей из него, опрокинулся на камни мостовой, начал корчиться и натужно стонать. Лэтимера затошнило, он привалился к стене. Раздались возбужденные крики и брань, и он вдруг понял, что опасность не только не исчезла, она возросла - ведь он сейчас безоружен! Он прыгнул вперед, за шпагой, но один из головорезов подставил ногу, и Лэтимер свалился ничком. В спину ему немедленно уперлось чье-то колено, и его обхватили две пары рук. Пока они его держали, другие молодцы заломили ему руки за спину и связали их у запястий кожаным ремешком. Лэтимер поднял голову и закричал что было мочи, призывая на помощь. В следующий миг на лицо ему был намотан шарф, причем так туго, что он едва не задохнулся. Затем те двое быстро связали ему лодыжки, перевернули на спину и оставили лежать на земле, а сами отошли к другим, опустившимся на колени вокруг поверженного главаря. Один из раненных Лэтимером уже пришел в себя и тоже присоединился к этой группе, другой, хотя и поднялся на ноги, держась за стену таможни, был еще слаб и не вполне очухался. Лэтимер был обездвижен и нем, но не лишен способности слышать доносившиеся злые голоса. - Тяжело он ранен? - спросил один из тех, кто вязал Лэтимера и только что подошел. |
