— Кем вам приходится задержанный Марков? — спросил я ее официально.

Светлана как-то замялась и, как будто набравшись сил, тихо произнесла:

— Он мой друг.

— Простите меня, надеюсь, вам известно, что свидания предоставляются лишь ближайшим родственникам. А вы таковой не являетесь.

Лицо ее вспыхнуло, и она, не оборачиваясь, устремилась к лестнице. Вслед за ней посеменил Носов.

У себя в кабинете я сел в кресло, закрыл глаза, и воспоминания закружились в моей голове. Я вспомнил те обиду и унижение, которые так и не смог пережить за долгие годы.

Ее мама всегда боялась за ее будущее, за то, что она свяжется с каким-нибудь проходимцем. Она и меня, сына простого рабочего, приравняла к этой категории.

Вот сейчас я — работник уголовного розыска, борюсь с ворами и всякой швалью, а ее дочь почему-то связалась с этими людьми. Видно, от судьбы не уйдешь, то, чего так боялась мать, и случилось. Да, судьба играет с человеком.

Светлана выскочила из здания МВД, как ошпаренная. Она хорошо помнила все слова покойных родителей, которые так бесцеремонно обошлись с Абрамовым. А ведь она тогда так его любила! Теперь бумеранг вернулся и больно ударил по ее самолюбию и чувствам.

А ведь он прав, как всегда. Кто она Максиму — не жена, не любовница по большому счету. Ее муж — Ермишкин, и пока она замужняя женщина — не имеет никаких прав на Маркова!

Светлана шла по улице Лобачевского. Еще минуту назад кипящие в ней страсти и обида улетучились, словно и не было. Домой ей не хотелось — это был не ее дом. Все, что находилось там, напоминало только о Ермишкине, о его изменах, об угасшей любви.

Неожиданно она развернулась и направилась в обком. На входе ее остановил постовой милиционер и поинтересовался, к кому она и по какому вопросу. Светлана назвала фамилию мужа, и постовой, указав номер кабинета, пропустил ее.

Она шла по коридору, и мужчины останавливались, с интересом рассматривая ее.

Светлана постучала в дверь указанного милиционером кабинета и вошла в приемную. Ее встретила женщина средних лет и, выслушав, предложила подождать — «у Сергея Ивановича люди».

Светлана села в кресло и стала рассматривать интерьер приемной.

В этот момент дверь кабинета открылась и оттуда вышли двое мужчин. Ермишкин с нескрываемым удивлением заметил в приемной жену. Он очень растерялся, но все же догадался пригласить ее в кабинет.

— Что случилось? Почему ты пришла?

— Решила сказать, мне все это надоело! Ты когда обещал решить с квартирой? Я хорошо помню когда! Или в ближайшее время я получаю квартиру, и мы с тобой мирно расходимся, или я вынуждена буду обратиться в партийную комиссию с вопросом о твоем моральном облике!

От ее натиска Сергей Иванович потерял дар речи.

Он попросил понизить голос и не скандалить здесь. Однако Светлана, наоборот, стала говорить еще громче:

— Почему ты запрещаешь мне говорить? Разве я не права?

Ермишкин выскочил из-за стола, затем из кабинета — просить секретаря немного погулять.

Вернувшись, он принялся успокаивать Светлану, обещая вплотную заняться ее вопросом.

— Ты знаешь, что я нашла у нас дома?

Сердце Ермишкина сжалось от предчувствия.

— Что ты могла найти у нас дома? — стараясь сохранить спокойствие, переспросил он.

— А ты догадайся с трех раз! — крикнула Светлана и с шумом закрыла за собой дверь.

Ермишкин и в страшном сне не мог предположить, что в тот момент в сумочке жены лежала его явка с повинной.

Спустя полчаса, Сергей Иванович поднял трубку и позвонил Татьяне. Та слушала его взволнованный голос, не перебивая.