На это предложение Сассекс, хотя и не уясняя себе, как оно могло вдруг прийти королеве в голову, мог только ответить поклоном и выразить свое согласие. Затем он стал упрашивать ее позавтракать у него, но успеха не имел. После нескольких любезностей, более холодных и обычных, нежели можно было ожидать после такой чести, как ее личное посещение, королева покинула замок Сэйс, унося с собой волнение и суматоху и оставляя позади сомнение и тревогу.

Глава XVI

Позвать сюда обоих! Пусть они ‑

И обвиняемый и обвинитель ‑

Лицом к лицу, нахмурясь друг на друга,

Откроют нам все помыслы свои.

Они горды, неукротимы в споре,

Как пламя пылки, глухи словно море.

«Ричард II» note 78

– Завтра мне приказано прибыть ко двору, – сказал Лестер, обращаясь к Варни, – как полагают, для встречи с лордом Сассексом. Королева собирается примирить нас. Это – прямое следствие посещения ею Сэйсского замка, чему ты, конечно, не придаешь особого значения.

– Я утверждаю, что не в этом дело, – сказал Варни. – Более того – я знаю от лица хорошо осведомленного, который многое слышал сам, что Сассекс скорее проиграл, чем выиграл, от этого посещения. Войдя в лодку, королева сказала, что Сэйсский замок похож на казарму, а запах в нем – как в больнице. «Или даже как в одном из трактиров Бараньего переулка», – сказала графиня Рэтленд, которая всегда остается добрым другом вашего сиятельства. А тут еще плеснул своим святым веслом и лорд Линкольн, намекнув, что лорда Сассекса следует извинить за то, что хозяйство в его доме ведется так безалаберно и старомодно, поскольку он еще не женат.

– А что на это сказала королева? – быстро спросил Лестер.

– Она отнеслась к этому строго, – ответил Варни, – и заметила, что милорду Сассексу жена совсем не нужна и милорду епископу нечего и заводить речей на эту тему. «Браки, конечно, разрешаются, – сказала она, – но я никогда нигде не читала о том, что они совершаются по приказу».

– Ей не нравятся ни браки, ни разговоры о них среди духовенства, – заметил Лестер.

– Да и между придворными тоже, – подхватил Варни, но, заметив, что Лестер изменился в лице, он сейчас же добавил:

– Все бывшие там дамы, все как одна, потешались над тем, как лорд Сассекс ведет свое хозяйство, и сравнивали с этим тот прием, который, конечно, будет устроен для ее величества лордом Лестером.

– Ты собрал много сведений, – сказал Лестер, – но забыл или пропустил самое главное. Она добавила еще одно светило к тем блистательным спутникам, которых с величайшим удовольствием заставляет вращаться вокруг себя.

– Ваша светлость имеет в виду Роли, этого девонширского юнца, – ответил Варни, – рыцаря Плаща, как его называют при дворе.

– Он, чего доброго, может стать в один прекрасный день даже кавалером ордена Подвязки – так мне думается, – произнес Лестер. – Он быстро продвигается. Она услаждается с ним чтением стишков и тому подобной чепухой. Я охотно и по своей доброй воле готов отказаться от своей части ее скоропреходящих милостей, но не допущу, чтобы меня оттеснил грубиян Сассекс или этот новый выскочка. Я слышал, что Тресилиан сейчас при Сассексе и тот весьма к нему благоволит. Я пощадил бы его, но он сам лезет на рожон. А Сассекс, кстати, почти совсем поправился.

– Милорд, – ответил Варни, – ухабы встречаются на самой гладкой дороге, особенно когда она идет в гору. Болезнь Сассекса была для нас даром небес, и я возлагал на нее большие надежды.