Стучать она не решилась. Потревожит хозяйку – влетит обоим. Анюте, конечно, больше.

Зизи потопталась в коридоре и пошла восвояси, сама не ведая куда.

Очнулась внизу, у двери во внутренний двор, и остановилась, глядя, как в нее один за другим входят три жандарма в сопровождении офицера охраны.

Не глядя на прижавшуюся к стене Зизи, звеня шпорами, они проследовали к лестнице, ведущей в дежурные помещения. Вид у всех был суровый.

Неизвестно отчего, сердечко Зизи забилось предчувствием беды. Какой? С кем?

Постояв немного и подумав, она свернула туда, где разгоралась бурная кухонная жизнь. Там всегда узнавали новости раньше других.

Печи были раздуты, и поварята уже выхватывали из них противни со сдобными булочками. На плитах булькали бульоны, шипели котлеты, исходила паром вареная картошка, шкворчало масло, приготовленное для пышек.

Протиснувшись вдоль стены в закуток, где повара обычно переводили дух и всегда было открыто окно, Зизи увидела одну из посудомоек – Варвару. Ей досталась самая тяжелая работа – отмывать сковороды и кастрюли, но, глядя на нее, никто не усомнился бы в правильности выбора. Могучие руки, вздувшиеся мышцами предплечья, ноги, словно колонны Исаакиевского собора, гренадерская стать – все в ней было создано для того, чтобы ворочать большими объемами, и даже огромные кастрюли казались плошечками по сравнению с великаншей. Говорили, будто Варвара сама выбрала себе работу: вся остальная казалась ей игрой в куклы.

– Варварушка, доброе утро, – ласково поздоровалась Зизи.

Варвара, сидевшая, подперев румяную щеку, вздрогнула и повернулась, поглядев, как показалось Зизи, злобно.

– Что случилось? – испугалась девушка, перебирая, чем могла разозлить женщину.

Варвара махнула на нее рукой и отвернулась, шмыгнув носом.

Зизи перепугалась пуще прежнего.

– Да что с тобой?

– Даже не знаю, как и сказать, – промямлила Варвара, утирая слезы, катящиеся по лицу.

Зизи без сил опустилась на стул у двери.

– Помер, что ли, кто?

– Если бы только помер…

– Как это «если бы только»? – наморщила лоб Зизи.

– Так убили ее, горемычную. Суродовали сперва, а потом убили.

– Да кого ее-то? – крикнула Зизи.

Варвара взглянула на нее и что-то сказала, но Зизи не расслышала, потому что в голове вдруг грянул набат. От удара она дернулась и, наклонившись, стала падать. Если бы не Варвара, она, наверное, убилась бы о каменный пол.

Метнувшись со скоростью, которой позавидовал бы ловец мух, гренадерша подхватила обмякшую девушку, подтащив ногой стул, усадила, прислонив к спинке, не выпуская из рук, потянулась за стаканом и, приподняв голову, влила ей в рот немного жидкости.

Зизи проглотила и тут же зашлась кашлем.

– Что это? Что?

– Водочка, что же, – пробурчала Варвара, дожидаясь, когда пройдет приступ. – Самое первое дело при обмороке. Приходилось откачивать.

Зизи вскинула голову и вцепилась в ее руку.

– Это Анет? Анет? Ее убили? Кто?

– Не знаю, милая, – с жалостью глядя на бледное лицо девушки, мягко сказала Варвара. – Не нашли их пока. Ищут.

– Их?

– Жандармы говорят, что по всему двое было.

– Двое, – эхом повторила Зизи, пытаясь взять себя в руки.

Варвара положила ей на голову тяжелую руку.

– Анет была одна? – не смея дышать, спросила Зизи.

Это было ужасно, но в первый миг она подумала о Сергее. Не о том, что он мог быть убийцей, а о том, что тоже мог стать жертвой.