Глубоко задумавшись, он не услышал шаги вошедшего и обернулся, только когда стоявшая у двери девушка тихонько кашлянула.

Это была она. Зинаида. Ишь, как испугалась. Ни жива ни мертва стоит. Как бы в обморок не упала, увидев перед собой императора.

Наверное, она и вправду потеряла бы сознание, если бы сразу узнала. А когда поняла, кто перед ней, просто столбом встала, не смея не то что дышать – моргнуть лишний раз!

Только сердце билось об ребра, выдавая, что жива. Ей казалось, что этот бешеный стук слышен во всей комнате.

Император оказался рядом раньше, чем она смогла прийти в себя.

Он был такой огромный по сравнению с ней, что мог, казалось, раздавить ее одной рукой. В косоворотке и впрямь походил на простого мужика. Только стать и властный взгляд выдавали в нем государя, привыкшего повелевать.

Очень осторожно Александр поднял ее подбородок, заставив посмотреть ему в глаза.

– Ты боишься меня?

– Нет, государь. Просто это… неожиданно очень.

– Понимаю. Ты не готова к разговору со мной, но я давно ждал нашей встречи.

Зизи подумала, что ослышалась. Император ждал встречи? С ней? Да возможно ли такое в этом мире?

Он все глядел на нее, решаясь, а потом сказал, словно в воду прыгнул:

– Ты должна знать, что твое настоящее имя – Зинаида Мещерская. Твоя мать – княжна Мария Мещерская.

Несколько мгновений Зина стояла, глотая воздух. Она – княжна?

– Понимаю, для тебя это слишком неожиданно, Зина.

Неожиданно – не то слово. Это похоже на удар поленом по голове.

Император понял, что нужно дать ей время очухаться, и отошел к столу, стоявшему у окна.

Не решаясь тронуться с места, она потопталась и сипло спросила:

– А мой отец?

– Никто не должен знать о нашем разговоре, – не оборачиваясь, ответил Александр.

– Клянусь, – бледнея, вымолвила Зизи.

Молчание казалось бесконечным.

– Ты – моя дочь.

Император произнес это почти неслышно, слабым голосом. Это было так не похоже на него, что Зизи не могла поверить услышанному. Стояла и смотрела на большого сильного человека с выражением крайнего удивления.

Император решил, что девушка не верит ему, и заговорил, волнуясь:

– Я очень любил твою мать. Мы познакомились, когда мне было девятнадцать. Если бы знала, как вы похожи! Красавицы!

– Но, наверное, у нее не было такого длинного носа, – вырвалось вдруг у Зизи.

Она тут же смешалась и покраснела.

Александр усмехнулся едва заметно.

– Я покажу тебе портрет, подаренный ею спустя год после нашей встречи.

Он достал из потайного кармана в сюртуке и протянул ей фотографию.

– Она та, что слева. Теперь видишь? Этого невозможно не заметить.

Зизи кивнула смущенно. Как раз носы у них с матушкой были совершенно одинаковыми. Боже! Зачем она ляпнула про длинный нос! Ну почему в самый ответственный момент в ее бестолковую голову лезут подобные мысли!

– У тебя ее глаза и фигура. Такая же хрупкая, – глядя на снимок, произнес Александр.

– Очень красивая, – кивнула Зизи, не смея спросить, где ее мать находится в данную минуту.

Она очень хотела узнать все, но не могла решиться. Император снова отошел к окну – наверное, так ему было легче с ней разговаривать – и произнес с явственной болью в голосе:

– Мы познакомились, когда Мария стала фрейлиной моей матушки Марии Александровны.