Человек в маске с вензелем попятился, изумленно оглядываясь по сторонам.

— Где они все? — спросил он стоящих рядом сообщников. — Только что были здесь… вся их ложа, в одном месте… мы их прихлопнули бы одним махом… куда же они подевались?

— Выходит, они и правда служат Сатане, — опасливо проговорил один из его спутников, — наверняка сам владыка Преисподней и накрыл их своим покровом…

Тут в зал вбежал еще один человек в черном и, задыхаясь, выкрикнул:

— Ваше сиятельство, к дому подъезжают драгуны, не меньше эскадрона! Нужно быстро удирать!

Человек в маске с вензелем в сердцах топнул, повернулся и проговорил:

— Придется уходить несолоно хлебавши… а победа над ними была так близка!

Люди в черном один за другим покинули зал.

Когда их шаги и голоса смолкли, граф Нелидов снова взмахнул клинком.

Радужный шар исчез с негромким хлопком.

Масоны облегченно вздыхали, вполголоса переговаривались.

Тут за дверью снова раздались приближающиеся шаги многих людей, и в зал вбежали драгуны с обнаженными саблями во главе с бравым полковником.

— Павел, дорогой! — бросился полковник к хозяину дома. — Ко мне прибежал твой человек, сказал, что на твой дом напали какие-то разбойники. Я, признаться, сперва не поверил ему — чтобы в наш просвещенный век разбойники хозяйничали в Санкт-Петербурге… однако твой человек был так напуган, что я поднял дежурную команду и примчался к тебе.

— Спасибо, брат! Ты подоспел вовремя. Они издали увидели твоих драгун и сбежали.

— Это и правда были разбойники?

— Должно быть, так. Хотя… возможно, это были члены так называемой Черной ложи, претендующей на главенство в масонской иерархии. Еще раз спасибо. Я велю выдать всем твоим драгунам по целковому и по рюмке водки.

— Что ж, это не помешает. Помни, брат, что я и мои драгуны всегда придем к тебе на выручку!

Драгуны получили награду и отправились в свои казармы.

Когда все затихло, хозяин дома проговорил:

— Я думаю, никто из вас, господа, не усомнится: мы убедились, что дар господина Нелидова — самый драгоценный из всех. Только что он спас наши жизни. Я предлагаю немедленно проголосовать и сообщаю вам, что отдаю свой голос за господина графа…

Все участники собрания вложили в серебряный кубок записки с именами претендентов, которым они отдают свои голоса.

Хозяин дома достал записки, прочел их и сообщил, что новым главой ложи единогласно избран граф Нелидов.

Паук и Баран подъезжали к похоронному бюро «Вечная память» и вяло переругивались.

— Зачем нам туда ехать? — ныл Паук. — Шеф нам такую выволочку устроит — мама не горюй… мы же все завалили…

— А у тебя что — другие варианты трудно… трудоустройства имеются? — возражал Баран.

— Чего?

— Трудоустройство, серость, — это по-простому работа!

— Так ты так и говори! А то все какие-то слова выдумываешь! Под умного косишь!

— Так я и говорю! Какая еще тебе работа светит? Грузчиком в винный магазин пойдешь? Охранником при общественном туалете?

— Ну, зачем же грузчиком?

— А что ты еще умеешь? Нет уж, поедем в «Память». Шеф хоть и устроит выволочку, но простит и даст работу, а там уж мы с тобой как-нибудь рубили… рыбали… реаби… билетируемся.

— Чего? Ты что это сказал? — Паук нахмурился и сжал кулаки. — Ты за это ответишь!

— Да забей, это слово такое умное, вроде как оправдаемся.