АПТЕКАРЬ И ЕГО ЖЕНА

Я пообещал себе, что дам девочке выбор и не буду останавливать, если она решит съесть тянучку. Это был хладнокровный, бездушный поступок, вызванный моей собственной слабостью, но если я не могу спасти Алину, если плен и впрямь означает пытки и медленную смерть, то у нее есть право принять собственное решение. На ее месте я бы так и сделал; я бы принял это решение еще много лет назад, когда смотрел на растерзанное тело погибшей жены, если бы мне дали такой выбор. Если бы у меня в руке лежал маленький мешочек с клубничной тянучкой, которая могла бы положить конец моим страданиям, я бы не задумываясь съел ее. И что дальше? Ничего. Ни долгого безумного путешествия в поисках прохода в замок Арамор, чтобы убить короля, ни знакомства с юным и слабым, но умнейшим Пэлисом. Ни плащеносцев. Ни королевской библиотеки, ни ночей, проведенных над древними трактатами о фехтовании и стратегии. Ни шахматных партий с королем, ни странствий по дальним уголкам страны вместе с Кестом, Брасти и остальными, чтобы в мире стало хоть немного больше порядочности и справедливости. Никаких плащеносцев. Никаких плащеносцев!

— Пожалуйста…

Тихий голос словно вывел меня из забытья. Я посмотрел и увидел, что держу Алину за запястье. Не помню, как схватил ее, но стиснул крепко, до боли и не мог отпустить. Лицо ее исказилось от страха и отчаяния: девочка наверняка думала, что я обманул ее и не позволю выбрать смерть. «Это ее смерть, а не твоя», — сказал я себе и разжал пальцы. Алина отшатнулась, потерла руку. Ей было больно, она не понимала, что происходит.

— Алина!

Крик раздался у меня за спиной, поэтому я тут же выхватил из ножен рапиру и принял защитную стойку. К нам бежали мужчина и женщина, у них не было оружия ни в руках, ни на поясе. Мужчина был крепок, но не слишком мускулист — значит, он не солдат и не кузнец, зарабатывает на жизнь своими руками, но не слишком тяжелым трудом. Судя по одежде, он не бедствовал, но по темным волосам и неопрятной бороде я понял, что и к купеческому сословию этот человек не относится. Миловидная женщина средних лет в похожей одежде была намного стройнее спутника.

— Алина! — кричали они, и я выпрямился, целясь мужчине в брюхо.

— Не делайте ей больно, — умоляюще попросил он низким от тревоги голосом.

— Кому?

— Алина, иди сюда, — позвал мужчина, правой рукой пытаясь прикрыть жену.

— Раджер? — воскликнула девочка за моей спиной. — Лета? Что вы здесь делаете?

— Ищем тебя, глупышка. Мы узнали, что случилось, и Маттея отправила нас разыскать тебя.

— Кто такая Маттея? — спросил я, даже не шевельнув клинком.

Алина бросилась к ним, но я ее остановил.

— Маттея — это моя няня, — объяснила она нетерпеливо. — Раджер — ее сын, а Лета — его жена. Они аптекари, мои друзья. Пустите меня, Фалькио.

— Поднимите руки, — сказал я им.

— Что еще за глупости? — буркнула Лета. — Мы пришли, чтобы отвести Алину туда, где безопасно. Мы думали, что вы слуга герцога и хотите забрать ее.

— Все равно поднимите руки вверх и повернитесь ко мне спиной.

— Фалькио, прекратите.

— Прекращу, как только они поднимут руки и повернутся ко мне спиной.

Раджер осторожно смерил меня взглядом.

— Алина, приготовься бежать, — сказал он. — Если он нападет на меня, просто беги и не оглядывайся.