Маркер выставил пирамиду и уступил мне первый удар. Я не стал мудрить и, привыкая к кию, разыграл самый простой вариант, разнес ее по всему полю. Пролетарий зеленого сукна, посмеиваясь, укатал меня минут через пятнадцать, легко взяв первую партию.

    Играл он неплохо, но примитивно, реализуя только самые очевидные варианты. Я же, отдавая ему простые шары, выбирал только заковыристые и трудные, вызывая пренебрежительные усмешки своей явной глупостью у соперника. Мастер кия радостно клал в лузы подставки, считая меня то ли лохом, то ли придурком.

    -  А не сыграть ли нам, барин, на интерес, - предложил он, выиграв очередную партию.

    -  Сколько ставим? - поинтересовался я, рассчитывая узнать материальные возможности бедного крепостного.

    -  Давайте по рублику, а хотите, так можно и по сотенке.

    -  Ты что, ответишь такими деньгами? - удивленно спросил я.

    -  Играем не на запись. Выиграл - забрал. Так что, барин?

    -  А фору дашь? - слукавил я.

    -  Два первых подхода ваши.

    -  Да я с такой форой партию сделаю.

    -  Значит, такое ваше счастье, - насмешливо сказал он.

    -  Ну, тогда давай сыграем партейку, надеюсь, что потом не пожалеешь.

    Я вытащил сто рублей и положил их против сотни маркера.

    Начало партии вышло неудачным.

    С первого удара я не положил ни одного шара правда, расставил их для второго. Дальше всё пошло само собой. Я остановился на седьмом, оставив стол в сложной позиции, без одной реальной подставки.

    Маркер от моих успехов разнервничался и сумел забить только два шара, смазав третий. Я пошел на риск и вместо того, чтобы кончить партию простым шаром, опять начал «выделываться» и так заигрался, что чуть-чуть не проиграл всю партию. Последний мой восьмой шар у соперника пришлось вырывать с боем.

    На следующую партию на «интерес» уже не оставалось времени, и я прекратил игру.

    Маркер, глядя, как уплывают его кровные деньги, смертельно побледнел. Мне стало жалко мужика, и я вернул ему выигранный стольник.

    -  Сударь, ежели будет во мне нужда, только кликните, - бормотал он, с поклонами провожая меня до дверей. - Всегда к вашим услугам-с.

    Я поторопился в большой дом, чтобы не опоздать к обеду. Такие «мероприятия» обычно проходят очень торжественно, и всякое отклонение от этикета хозяева воспринимают болезненно.

    Однако оказалось, что общий обед сорвался: погуляв по дому, Сергей Ильич почувствовал себя утомленным и к столу не вышел. Его соратники низкого ранга разошлись по домам, и обед проходил в небольшой компании фрейлин, двух вице-губернаторов, доктора Вульфа и нас с предком. Я уже так привык к изыскам дворянских кухонь и прекрасному качеству продуктов, что перестал воспринимать каждую новую трапезу как чудо.

    Обед прошел в непринужденной обстановке. Вице-губернаторы были молодыми людьми из знатных семейств, делающими себе карьеру в провинции. Они еще не заматерели в чиновничьей косности, потому вели себя как светские люди без фанаберии и низкопоклонства перед Марьей Ивановной.

    Отобедав, пришлые гости разъехались, а местные разошлись по своим покоям, отдохнуть.

    По пути в гостевой флигель я успел перекинуться несколькими словами с леди Вудхарс. Проследив мой взгляд на флигелек, в котором содержалась Аля, Елизавета Генриховна неожиданно спросила, имею ли я участие к той бедняжке, которая прожила здесь в заточении несколько дней.