Льорет снова опустил голову на руки и зарыдал. Когда он выпрямился и получил еще одно полотенце, Пэт взяла его за руку.

— Вот как надо поступить, Льорет. — Она прибегла к своему лучшему размеренному тону, который использовался для успокоения детей в истерике. — Единственный вариант — это пойти и рассказать обо всем полиции. Расскажи им то, что рассказал мне.

— Серьезно? — Его глаза расширились.

— Это, безусловно, лучший выход. Если все так, как ты сказал, тебе ничего не угрожает.

— Но что со мной будет?

— Вероятно, тебе устроят головомойку. Но никаких обвинений против тебя не выдвинут, это точно. — Пэт подчеркнула свои слова, ободряюще сжав его руку.

Он не выглядел убежденным.

— Ну или тебе придется с этим жить. — С этим и с Келли-Энн, добавила она про себя.

Шмыгнув, Льорет высморкался. Он не кивнул, но посмотрел на нее из-под длинных ресниц. Был ли в этом элемент расчета? В голове Пэт прозвучал голос Лиама: Он поступит дурно, если так будет проще всего.

Внезапный щелчок и скрип задней двери прозвучали едва ли не обличительно; сама не понимая почему, Пэт отдернула руку (при этом едва не разбив вдребезги кофейник).

В дверях с усталым видом стоял Лиам, все еще осунувшийся, со взъерошенными волосами, школьная сумка оттягивала плечо, будто в ней были камни, а не планшет и два скоросшивателя. С некоторым чувством вины Пэт поняла, что в свете откровений Льорета почти забыла о сыне. Наступила пауза, во время которой Ларсон беспечно прохаживался по кухне, словно выбирая сторону, а на лице Лиама читался вопрос.

— Лиам. — Пэт растерялась. — Ты ведь знаешь Льорета. По крикету. — Интонация неприятно напоминала ту, с которой она обычно приветствовала новых детей в классе. Но что еще сказать? Не правду же.

К счастью, Льорет взял себя в руки. Размышляя об этом позже, Пэт решила, что у него было достаточно опыта в неловких ситуациях. Он поднялся из-за стола и принялся легко и непринужденно болтать, как и раньше в машине: о «Риво», о том, что он не уверен в своих силах в этом году, о шансах команды после того, как Дриббл в поисках лучшей жизни переехал в Дарлингтон.

Лиам отвечал столь же вежливыми, нейтральными, ни к чему не обязывающими фразами, и Пэт не в первый раз в жизни поразилась мужской способности к раздельному мышлению: два юноши, один избит и собирается в полицейский участок, у второго бог весть что происходит в жизни — болтали о воротах в Пэйтли-Бридж и безумном счете «Торнтон Уитлесс».

Пэт отвезла Льорета в Норталлертон. Она хотела зайти с ним в полицейский участок, но он сказал «нет» — так спокойно и решительно, без единого проблеска в карих глазах, что она даже не пыталась спорить. Была вероятность, что парень не пойдет туда, сбежит, едва машина скроется из виду, но Пэт так не считала. Может, Льорет наконец-то сможет постоять за себя? Его решимость радовала ее, и, честно говоря, Пэт вовсе не хотела принимать участия в дальнейшем развитии событий.

— Спасибо, миссис Тейлор. — Льорет наклонился к открытому окну.

— У тебя есть мой номер.

— Я сообщу вам, чем все закончится. Обещаю. — Сколько раз он говорил это раньше? — И… — неловко выпалил он; порыв явно шел из глубины души. — Мне жаль Лиама. Эта паскуда — простите за выражение — этот Люк… То, что он написал в Фейсбуке, это просто из ряда вон. — Пэт уставилась на него. — Честно говоря, миссис Тейлор, этот парень — просто жалкий неудачник. Лиам заслуживает лучшего.

* * *

Льорет сделал скриншот и переслал ей фотографию — селфи со страницы Люка в Фейсбуке.