|
Но, принцесса, я решил, что я вам нужен! Конечно, Гиацинта была тронута до глубины души, когда Удо произнес последнюю фразу, мило прижав ушки и расправляя лапами усы, но все же она успела мельком подумать: а что ей теперь с ним, собственно говоря, делать? – И что же вы ощущаете? – мягко вставила Бельвейн, зная, что мужчины всегда рады случаю поговорить о себе. Удо ответил не сразу, потому что ему попался на глаза накрытый стол, и он уставился на него со смешанным чувством надежды, отвращения и покорности судьбе. – Что я очень, очень голоден, – наконец произнес он с видом человека, уверенного в своих словах. Принцесса, мысли которой, казалось, блуждали где то далеко, внезапно пробудилась. – Ах, простите, я веду себя неприлично, – сказала она с улыбкой, за которую самый бессердечный из людей простил бы ей все, что угодно. – Прошу за стол. Позвольте мне представить вашему высочеству графиню Бельвейн. – Подать ему руку или погладить по голове? – пробормотала блюстительница придворного этикета, в первый раз в жизни растерявшись. Удо приложил лапу к сердцу и отвесил учтивый поклон. – Я очарован, – галантно произнес он, а любая галантность, исходящая от помеси льва, кролика и барашка, не может не произвести самого приятного впечатления. Они расселись по местам. – Немного шербета, ваше высочество? – предложила Гиацинта, наполнявшая кубки. Удо собирался было сказать «да», но заколебался. – Не уверен, что могу себе это позволить. – Шербет очень вкусный, – заметила Виггз, чтобы разрешить его сомнения. – Не сомневаюсь, милая. Весь вопрос в том, люблю ли я шербет? – Разве можно не знать, любишь шербет или нет? – Оставь в покое его высочество, Виггз, – вмешалась Гиацинта и предложила принцу сэндвич с олениной. – Весь вопрос в том, люблю ли я сэндвичи с олениной? – Я люблю, – объявила Воггз всем, кого это могло интересовать. – Видите ли, – объяснил Удо, – на самом деле я не знаю, что я люблю. Все удивились, особенно Воггз. Бельвейн слишком наслаждалась происходящим, чтобы разговаривать, и принцесса попросила Удо пояснить, что он имеет в виду, чем его очень обрадовала. Это был как раз тот предмет, который он давно уже стремился обсудить. – Ну, хорошо, – начал он, сев поудобнее, так что Виггз на этот раз пришлось извлекать его хвост из горчицы. – Кто я? Никто не отважился высказать свое мнение. – Заяц ли я? Если да, то передайте мне желе из красной смородины или что там еще едят зайцы. Хозяйка встревоженным взглядом блуждала по столу в поисках подходящего угощения. – Может, я лев? – продолжал Удо, развивая тему. – Тогда передайте мне Виггз. – О, пожалуйста, не надо быть львом, – попросила Виггз, ласково потрепав его по загривку. – Но разве у вас нет внутреннего чувства, которое подсказывает вам… – У меня есть внутреннее чувство пустоты. Я жажду чего то, только не знаю, чего именно. – Надеюсь, это не сардины, – шепнула Виггз Воггз. – Но чем вы питались по дороге? – спросила Гиацинта. – О, в основном травой и тому подобными вещами. Мне казалось, что трава не причинит вреда. – И что же? Она не причинила вреда? – участливо осведомилась графиня. Удо отвечал мрачным молчанием. – Я знаю, что это глупо с моей стороны, – сказала Гиацинта, – но я все таки не понимаю. Казалось бы, что, если вы… ээ… – Вот именно, – сказал Удо. – …то вы должны инстинктивно чувствовать, что… ээ… – Совершенно верно, – сказал Удо. |
