— Вот так. — Она прислонилась спиной к двери, глаза ее сверкали, затягивая в глубокую синеву.

 — Мы быстро, нам даже не нужно раздеваться.

 И Хьюго вновь потерял голову. Как бы слегка отстранение он снова спросил себя, сможет ли когда-нибудь освободиться от ее чар, сможет ли когда-нибудь устоять, если она будет манить его к себе так страстно. Он видел, что она была абсолютно уверена в себе, отлично знала, что ей надо и что она предлагает… И еще она была уверена в том, что он ответит «да». Она была истинной женщиной.

 Хлоя медленно приблизилась к нему, глаза ее неотрывно следили за его лицом.

 — Мы попробуем сделать это стоя. Так бывает?

 — Да, — ответил он яростно, охваченный безумным огнем желания. Подойдя к ней, он рванул завязки ее панталон, и они упали к ее ногам.

 Он сказал:

 — Держись крепче. — Коленом он раздвинул ее колени, и, подчинившись, она засмеялась… ликующим смехом, высоко подняв юбки, упираясь плечами в дверь, чувствуя спиной ее выступающие панели.

 Он вошел в нее одним резким движением, и она судорожно вздохнула, улыбнувшись ему сияющей улыбкой. Он чувствовал, что с каждым новым движением нарастает ее наслаждение.

 Она облизала языком губы и снова рассмеялась. Она никогда не закрывала глаза с тех пор, как он попросил ее не делать этого, и он подумал, что сейчас его поглотит вулкан страсти, полыхавший в полуночной синеве ее глаз.

 — Сейчас, — вдруг прошептала она. — Хьюго, сейчас!

 — Знаю, милая, но потерпи.

 — Не могу.

 — Можешь. — Он замер.

 Хлоя затаила дыхание, предчувствуя приближение к пику наслаждения, ее тело трепетало. Его резкое движение, последовавшее за этим, исторгло из нее стон.

 Хьюго упирался в дверь, пока его тело сотрясала волна наслаждения… Только когда страсть отступила и голова его прояснилась, он понял, что она вновь перехитрила его: умело погасила его гнев и увела в мир, в котором он избавлялся от мучавших его демонов. Так мог ли он испытывать чувство вины, предаваясь дивной любви с этой искусной озорницей, которая, как он понял, знала о жизни гораздо больше, чем ему представлялось раньше?

 Внезапно он понял, что и его, Хьюго Латтимера, научилась понимать гораздо лучше, чем он сам.

 Глава 20

 — Разрешите предложить вам бокал кларета, герцог? — Хьюго вежливым жестом указал на графины, стоявшие на буфете.

 — Благодарю… благодарю. — Его августейший посетитель, проследив, как наливают вино, ответил: — Надеюсь, вы благосклонно относитесь к моему сватовству.

 Хьюго поклонился в знак согласия. Да и как он мог иначе относиться к сватовству герцога Элресфорда? Для Хлои это была бы великолепная партия. Герцог не охотился за приданым и, кроме того, был всего лишь на десять лет старше Хлои.

 — Решение, разумеется, должна принять моя подопечная, — сказал он. — У Хлои есть собственное мнение. — Он улыбнулся и поднял бокал с кларетом. Хьюго уже становился мастером притворства на различных званых вечерах, делая вид, что пьет, хотя не притрагивался к спиртному.

 — Льщу себя надеждой, что она не совсем равнодушна ко мне, — сказал его светлость. Со стороны герцога было бы невыразимо пошло намекать на титул и состояние, но его самодовольство и было выразительным намеком уже само по себе.

 — Но если вы обсуждали ваши намерения с Хлоей, герцог, то, вероятно, знаете и ответ на этот вопрос.