С таким доводом я спорить не стал и распорядился изготовить дюжину позолоченных перьев и к ним пару ручек из малахита, за которым мне лично пришлось слетать в Псков. Ну, нет на моих землях залежей этого благородного камня, а запоминающийся подарок сделать хочется — вот и полетел. К слову, в столице губернии с полезными ископаемыми тоже не всё радужно, зато там у меня много знакомых купцов. В общем, нашёлся в Пскове подходящий кусок уральского малахита для изготовления подарка великому князю, ещё и на чернильницу осталось.

Ну и главный подарок ко дню рождения Николая Павловича — пассажирский гидросамолёт с салоном класса люкс.

Пусть я не знаком с внутренней отделкой царских карет, но думаю, что убранство летающего дормеза Николая Павловича им ни в чём не уступает. Одни только трансформирующиеся кресла, обшитые дорогой кожей изумительной выделки, чего стоят. Да и бежевая атласная драпировка внутренних панелей богато смотрится. В таком салоне, даже если не летать, то просто посидеть и то доставляет удовольствие.

По такому случаю я не поленился и сделал оргстекло для иллюминаторов.

Как мне потом сказал Виктор Иванович, иллюминаторов в этом мире ещё не существует даже на кораблях и появились они где-то в году тридцатом.

Да, в сравнении с Катраном новый самолёт вышел значительно тяжелее, так что для уменьшения длины разбега взлетать на нём приходится, используя перлы сразу двоих лётчиков. Но это было известно заранее и потому никто по этому поводу не возмущается.

Глава 16

Почему-то я думал, что отпросить у родителей сестру в столицу на бал к великому князю будет мне дорого стоить и потому приготовился к долгим спорам. К счастью всё обошлось несколькими слезинками, пророненными матерью, да бурчанием отца, которое я пропустил мимо ушей.

Не знаю, что случилось с родителями, что они так легко отпустили со мной Ольгу в Санкт-Петербург — может, перестали видеть во мне взбалмошного юнца, каковыми являются многие мои сверстники, а может, повлияло то, что я приглашён на день рождения Николая Павловича и лучшей спутницы, чем сестра придумать сложно. Матушка, конечно, попыталась сказать, мол, тоже готова составить мне партию на празднике, но услышав мой намёк, что я не намерен спонсировать пошив её бальных нарядов, благоразумно заткнулась.

Как бы то ни было, а улетели мы с Ольгой из Михайловского без всяких скандалов. Правда, накануне до самых сумерек мне пришлось катать на самолёте Лёву и отца, но тут уж никуда не денешься. Иметь возможность доставить радость родным и отказать им в этом удовольствии… Я ещё не очерствел до такой степени и не считаю себя неблагодарной свиньей.

Насчёт радости и удовольствия я, может быть, немного преувеличил, поскольку что отец, что брат вывалились из самолёта зелёными, но тут уж моей вины нет. Я честно предупреждал, что будет укачивать.

— Саша, а ты можешь мне сделать перл, чтобы я тоже мог управлять самолётом? — не успел отойти от гидроплана Лёва, как полез ко мне с просьбой.

— Обязательно сделаю, — потрепал я брату волосы. — Как только подрастёшь немного, так сразу и сформирую. Иначе ты начнёшь пытаться с его помощью без всяких самолётов летать. Взлетишь, эдак, саженей на двадцать, а как приземлиться не будешь знать. И что прикажешь родителям делать? Кого они звать будут, чтобы тебя с высоты снять?

— А я не буду без самолёта пробовать летать, — попробовал убедить меня Лёва в своей благоразумности.

— Все пробуют, а ты не будешь? — не зло посмеялся я над попыткой брата. — Клянусь, что будет тебе артефакт. Я даже дядю Пашу с тётей Варей попрошу, чтобы они тебя научили пилотированию, но давай отложим этот момент на пару лет.

— Выходит, что ты и без самолёта можешь летать? — вычленил главное из диалога брат.

— Любой человек может летать, если у него есть мощный воздушный перл, — не стал я скрывать очевидное.