Когг на разгоне рванул в сторону и тут же изменил траекторию, выпустив «дымовую завесу» — сотню тысяч зерен электромагнитных отражателей. Тот, кто только что сбил когг пограничников и собирался уничтожить еще один аппарат, промахнулся. Но хотя выстрел и не настиг ма­шину Виданы, все же «снаряд» этот взорвался рядом, в десятке метров за кормой, и половина когга мгновенно испарилась, исчезла, превратилась в пустоту, несмотря на включенную полевую защиту.

Герметичный кокон кабины с потерявшей сознание девушкой подобрал когг Тильбурда, а третий раз при­менять свое страшное оружие неизвестный налетчик не решился.

Железовский ворвался в кабинет командора погран­службы, как ураган, сметающий все на своем пути, и остановился напротив ничуть не удивленного его визитом Барковича, который вел беседу с каким-то немолодым че­ловеком в штатском.

— Я занят,— сказал Баркович.

— Выйди,— громыхнул Железовский, обращаясь к по­сетителю, но глядя на хозяина кабинета.

Гость не двинулся с места, смерив Аристарха взглядом. Железовский повернул к нему голову, и кресло с посети­телем отодвинулось от стола на метр. Тот остался сидеть, но уже не выглядел таким уверенным.

— Подожди в приемной,— сказал Баркович.— Я через пять минут освобожусь.

Посетитель встал и оказался выше Аристарха на пол­головы и шире его в плечах. Однако на Железовского габариты незнакомца не произвели впечатления. Подо­ждав, пока тот выйдет, проконсул синклита тяжело про­изнес:

— Чтобы сказать тебе пару ласковых слов, мне хва­тит и минуты. Первое: выходи из игры. Интраморф ты никакой и на генерала ФАГа не тянешь. Второе: еще раз сделаешь гнусное предложение моей внучке — я тебя из-под земли достану... и обратно закопаю! Понял? А также обещаю разобраться с нападением на Видану воз­ле Чужой, и если узнаю, что это твоих рук дело...— Железовский взмахнул рукой, и стол хозяина кабинета из прочнейшего силигласса развалился на две части.— Ясно?

Баркович откинулся в кресле, глянув на Аристарха в своей излюбленной манере — поверх носа. Но Железов­ский чувствовал, что ему не по себе.

— Понял?

— Я не имею никакого отношения к нападению,— сни­зошел наконец командор погранслужбы.— А вы, в свою очередь, хорошо взвесили последствия своих угроз?

Железовский повернулся и вышел, столкнувшись в две­рях с посетителем Барковича, и поскольку тот не уступил дороги — двинул его плечом так, что гигант крутанулся волчком вокруг оси.

В коридоре проконсула ждал Мигель де Сильва, молча двинулся за Железовским. В улитку лифта они вошли, не проронив ни слова, выбрались у входа в кабинет.

«Шлейф — ноль ноль один,— доложил инк, контроли­рующий передвижение начальника сектора по Управле­нию, что означало: «вероятность слежки с помощью не­замеченных средств наблюдения — один процент». Де Сильва кивнул, дверь открылась, и они проследовали в служебный модуль сектора пограничных проблем. В лич­ном боксе шефа сектора, защищенном пси-фильтром, их ждал Пауль Герцог.

«Как он прореагировал?»

«Достойно,— ответил Железовский.— Я на него не произвел абсолютно никакого впечатления. Но не это глав­ное. У него в гостях не кто иной, как один из К-мигран­тов, в маскхалате, естественно. Предположительно это Вильям Шебранн, но я не уверен».

«Берегитесь, патриарх,— сказал Герцог.— Теперь они примутся за вас гораздо серьезнее. ФАГ не потерпит утеч­ки информации и пойдет на любой риск ради вашей лик­видации».

«Вот и ловите момент, когда он раскроет свои карты. Ведь вы там, в своей «контр-2», уже разработали небось планы перехвата?»

Герцог и де Сильва переглянулись.