Галеон тоже расцветился огнями, словно рождествен­ская елка, плавно опустился на ребристый пол ангара, высунул язык пандуса и открыл люки, к которым сразу придвинулась вооруженная охрана заставы — люди и функциональные витсы, похожие на шестилапых псов.

В этот момент в ангар в сопровождении двух внуши­тельного вида молодчиков вошел командор погранслужбы Баркович, бросил подскочившему к нему начальнику ох­ран-обоймы:

— Никого не выпускать до моего распоряжения, раз­грузку не начинать, код ВВУ.

— Есть! — только и сказал, глядя ему вслед, оторопев­ший охранник.

Однако неожиданности для него на этом не кончились.

Буквально через минуту в ангар ворвались Мигель де Сильва и Ставр, с ходу ошеломив охрану заявлением «о проникновении на погранзаставу переодетых террористов». В этом и состоял план Мигеля — отвлечь охрану, под ви­дом работников безопасности проникнуть на борт галеона и под шумок сделать свое дело. А когда главный охранник связался с командором, находившимся, естественно, на Земле, для чего понадобилось всего две минуты, и «без­опасники» забрались в галеон, в ангар влетели еще двое, предъявив ошалевшему окончательно командиру охраны карт-бланш особых полномочий. Это были Пауль Герцог и один из его работников Левой Акутагава. Ставр их по­чуял, но на удивление у него не оставалось времени.

Они знали, что делать в каждую секунду из отпущен­ных на всю операцию восьми — десяти минут.

Оба видели весь объем галеона, знали, где располага­ется научный отсек, отсеки десанта, экипажа, техобслу­живания, и потому не отвлекались на переговоры и на поиски вслепую, наугад. Да и действовали они в темпе, недоступном простым смертным, пугая изредка попадав­шихся на пути ученых, предвкушающих отдых, и погра­ничников обоймы обеспечения, еще не оповещенных об особом положении галеона по коду ВВУ.

Мигель на секунду раньше определил местоположение «кармана» — потайного отсека в галеоне, откуда предпо­ложительно и вели огонь из уничтожителя, и повернул по, галерее, опоясывающей корабль, влево, контролируя одно­временно передвижение отвлекающего отряда. Ставр молча рванулся за ним в дриблинг-режиме, успевая глядеть по сторонам, прикрывать тылы и следить за перемещением охранников. В этот момент троица во главе с псевдо-Бар­ковичем входила в ходовую рубку галеона, где собиралась отвлечь на какое-то время пилотов, а также внешние службы.

Спустя полторы минуты после вступления на пандус корабля десантники предстали перед глухим тупичком с кремальерами ручного привода люка и надписью: «Ава­рийный выход. Тамбура нет. Без скафандров не откры­вать!»

«Здесь!» — глазами показал де Сильва, не выходя в пси-поле.

Ставр кивнул, сосредоточиваясь.

За «люком» шло помещение, примерно равное по объ­ему ходовой рубке, надежно защищенное как от прямого проникновения, так и от поля Сил, что говорило о важ­ности упрятанных там от посторонних глаз вещей.

Хорошо, что они не догадались забаррикадироваться под «абсолютным зеркалом», мелькнула мысль, черта с два мы бы их обнаружили! Что-то недооценивает нас ФАГ... или его эмиссар.

Мигель извлек из нагрудного кармана «бесстыдник» — генератор наведенной прозрачности, и секунд пятнадцать безопасники разглядывали помещение с двумя его обита­телями, возившимися с упаковкой какой-то крестообразной штуковины в дырчатом кожухе. Потом аппаратура защиты «кармана» учуяла подглядывание, двое — кайманоид и юноша, почти мальчик (сын К-мигранта Стенсена! — мгновенно опознал Ставр) — забеспокоились, и наступила пора активных действий.