— То есть Архитекторы Мира,— сказал он,— реализо­вали наш вакуум! Вы это хотите сказать?

— Вы не ошиблись. Архитекторы откалибровали базу дальнейшего развития «клетки»-метавселенной — ее ваку­ум. А вот уже вслед за ними пришли Конструкторы, один из которых пережил свое время и «вылупился», благодаря нам, на Марсе. Они сыграли роль корректоров роста до­мена второй стадии, оптимизировав вакуум в домене таким образом, что тот стал основой собственно космоса с наи­низшим уровнем энергии и трехмерным «каркасом», бла­годаря которым мир стал сложным и многообразным, об­разовалась сетчатая структура метавселенной, галактики, звезды, элементарные частицы, взаимодействующие между собой по сложнейшим законам. Конструкторы как бы «впаяли» в мир, зафиксировали принципы, позволяющие метавселенной развиваться в соответствии с замыслом Универсума: расширение, предельная скорость передачи информации — триста тысяч километров в секунду, сетча­тость, неполная симметрия законов, асимметричность вре­мени...

— Погодите! — взмолилась Видана.— Дайте передох­нуть! Все, что вы говорите — это... это ужасно! И вели­колепно!

Ян Тот пошевелил рукой, и на столе появилось шам­панское. Он открыл бутылку, налил вино в бокалы.

— Попробуйте, это «золотое».

Ставр пригубил шипучий янтарный напиток и кивком выразил восхищение. Видана же, по-видимому, не ощути­ла ни букета, ни вкуса, ожидая продолжения.

— Конструкторы должны были инициировать появле­ние третьей волны разума — Инженеров, которые продол­жили бы работу по усложнению домена и рождению новых форм взаимодействий. Но что-то они сделали не так, вер­нее, они изменили — без воли Универсума — один из за­конов бытия, а именно — Макрозакон, утверждающий принципиальную невозможность получения полного зна­ния, и мир изменился настолько радикально, что в нем не осталось места для самих Конструкторов! А Инженеры так и не появились. Вместо них родились цивилизации вероятностного разброса, не связанные общей идеей и раз­вивающиеся, попросту говоря, как кому взбредет в голову. Сеятели, одиночники и познаватели — человечество их еще не открыло,— кайманоиды, джезеноиды, солнечники-плазмоиды, люди, наконец. Наш метагалактический домен как бы выпал из вектора прогресса, оказался ослабленным и предрасположенным к «вирусным заболеваниям». Ре­зультат вы знаете.

— Трансгрессия нагуалей,— вслух сказал Ставр. Спо­хватившись, снова перешел на слоган-речь.— Значит, ни­какого ФАГа нет? А есть лишь «вирусная инфекция» на­гуалей в нашу «клетку»-домен?

Ян Тот покачал головой.

— ФАГ существует, хотя и не в том смысле, какой вы придаете его деятельности. Нагуаль для нашего мира — действительно вирус, инициирующий рост «раковой опу­холи» вырожденной материи, и направляется этот процесс именно Фундаментальным Агрессором, олицетворяющим собой Закон Перемен... о котором говорить пока рано. Но прежде чем выяснить, что, собственно, происходит, кто такой ФАГ и что ему нужно, необходимо опять-таки на­чать издалека.

Итак, мы живем внутри живой (по иным параметрам, но живой) «клетки» исполинского живого (опять же не по нашим масштабам) и разумного (по иным законам) суще­ства Универсума. Не Бога или Брахмы, как утверждали адепты многих эзотерических школ и учений, но Миросу­щества. Как и любая клетка земного организма (аналогии вполне уместны), метавселенная имеет своеобразные «ва­куоли», «ядра», «стенки» и тому подобное, но так как эта «клетка» намного сложнее, она способна передавать «нерв­ные импульсы» — «мысли» Универсума.