«Ты так спокойно говоришь!—Анастасия зябко по­ежилась.— И мы не. в силах этого предотвратить? А по моим прогнозам, все должно закончиться благополучно...»

«Потому что ты считала футур-узел в пределах дейст­вия местных законов физики, а они изменятся. Вы не представляете, против кого выступили, несмотря на точное имя, которое ему дали — Фундаментальный Агрессор. Что­бы бороться с ним, необходимо будет внедряться во все уровни Вселенной, начиная с самых тончайших: преоны, то есть суперточки, стринги, кварки — и до галактик, их скоплений, сверхскоплений, всей сетчатой структуры ме­тагалактики. Вы пока застряли в середине, напрягаясь в социуме, но это не главная линия фронта, хотя и весьма существенная. Если бы человек сумел переболеть болез­нью, называемой разумом, воевать было бы проще, да и Война перестала бы быть войной, а превратилась бы в Игру. Но этого момента ждать надо еще миллион лет. Ты права в одном: закончится вся эта заваруха благополучно — наша метавселенная уцелеет».

Глаза Анастасии снова стали огромными и тревожными.

«То есть война будет жестокой и ужасной... и уцелеем ли мы — неизвестно. Так? Что молчишь? Или, как всегда, ты видишь будущее не отчетливо, только главные узлы событий?»

«Примерно так,— кивнул Грехов.— Не совсем так.— Помолчал.— Совсем не так, хотя это не принципиально. Я был там... в будущем. Или, может быть, в альтерна­тивном будущем, если быть точным. Через миллион лет на Земле будут жить только те, кто этого хочет. Осталь­ные живут в других... даже не мирах — реальностях! — создавая их себе сами, под свой вкус, характер, желания, фантазию, чаще всего — многомерные и многовременные композиции. Люди там, если правомерно называть наших потомков людьми, обходятся без техники, науки, социаль­ной среды, всякого рода конфликтов».

«Боги...»

«Скорее маги, потомки файверов... что это такое, ты еще узнаешь, но возможности их действительно велики.— Лицо Габриэля стало вдруг на мгновение струящимся, ко­стюм вспыхнул всеми цветами радуги, засиял и погас, изменив форму и покрой: теперь это был стандартный уник, в каких ходило три четверти мужчин во всем ми­ре.— Извини, меня нашли по гиперсвязи, и я отвлекся. Это не костюм, как ты заметила, а «чистая энергия». И носить такие «вещи» могу пока только я».

Анастасия усмехнулась, хотя лицо ее оставалось пе­чальным.

«Ты... счастлив?»

«Чисто женский вопрос... Не знаю. Индивидуальность человека заранее определяет меру возможного для него счастья. Мне не хватает сына, жены, друзей... тебя. Можно назвать мое состояние счастьем?»

— Бедный мой! — невольно прошептала Анастасия.— Vae soli.

Грехов удержал себя от порыва прижаться лицом к коленям женщины, твердо заблокировал в себе эмоции человеческого «я».

«Все нормально, Стаси. Повидал тебя, и стало легче и светлее. Предупреди Ратибора: планируются широкомас­штабные акции по уничтожению обычных людей, с тем чтобы списать потом на паранормов. Этого можно избе­жать, используя инк-потенциал УАСС или Веча. Тебе это под силу, возьмись. Но будь осторожна, охота на интра­морфов началась серьезная. «Защитника» не снимай даже ночью и дома, не помешает.— Грехов встал, подошел к женщине, поцеловал ей руку.— До связи, мать. У тебя хорошие дети и замечательный внук. Таким был Ратибор когда-то».— Вышел из гостиной.

«Подожди,— встала Анастасия, догнала его в прихо­жей.— Не хотела жаловаться, но... дело в том, что я иног­да слышу... не голос и не пси-импульс... а как бы «судо­роги вакуума». Этакое колебание всего континуума, слов­но кто-то берет аквариум с рыбкой и трясет его.