– Я…

– Откуда вы узнали, как его можно изготовить? У вас есть подобные кустарные навыки?

– Литературу читала, изучала… Литературы много, район у нас криминальный…

– Вы понимали, что посылка могла взорваться где угодно, в любой момент, как любое самодельное взрывное устройство?

– Нет, я думала, она взорвется, когда Мазовецкий посылку откроет… Выбор был такой: либо я, либо смерть. Сроки подгоняли, это тоже вселяло какую-то панику. Был такой мандраж, но в душе я думала: а какая разница, сейчас она взорвется или нас потом убьют. Выбора не было, либо так, либо так.

– У вас же ребенок есть, о нем вы не подумали?

– Глядя на то, как этот картежник издевается над Данилой, над всеми нами, я о ребенке не думала. Я спасала себя и свою семью. Дома посылку обшивала, но неправильно что-то сделала, и у меня ее не приняли. И такая вдруг появилась внутренняя радость, не приняли, значит, не получится, я поеду домой, этого ничего не будет. Уже была готова признать, что ничего не получается, и надо ехать домой, но тут приемщица на месте предложила: «А давайте мы ее обошьем сами!» И на почтамте сразу обшили посылку другой тканью поверх моей.

– Я вызываю наряд, потому что обязан вас арестовать.

– Понимаю… но надо сообщить моим родителям, чтобы они Оксанку из садика забрали…

– Я сообщу, не волнуйтесь, напишите номер телефона.

Вскоре прибывший наряд милиции увез задержанную Петрикову в изолятор временного содержания, а Латышев отправился за Данилой, пока молодой человек не сбежал в неизвестном направлении.

– Мне нужен Данила Федоров! – произнес Латышев открывшей дверь женщине в кухонном переднике поверх домашнего халата в разноцветный цветочек.

– А вы кто?

– Из милиции. Старший лейтенант Латышев.

– Ох… Я как-то и не сомневалась, что этим все и закончится… Проходите, сейчас он выйдет из ванной. – Вера Иосифовна не сопротивлялась уготованному сыну невеселому будущему.

– Мам, есть, что поесть? Здрасьте… – мокрый Данила вышел с полотенцем в руках и осекся, заметив нежданного гостя.

– Собирайся, Федоров, я за тобой!

– Понял, гражданин начальник, пожрать успею? Там ведь не накормят?

– Валяй! И мне чайку налей в таком случае!

На маленькой кухне, пока Данила уплетал мамину котлету с макаронами, Латышев, попивая крепкий чаёк с шоколадкой, поинтересовался, где тот работал в последнее время.

– На спичечной фабрике…

– Почему ушел?

– Платили мало, вот и ушел…

– Много проиграл Мазовецкому?

– Много… Да и не проиграл, а играл с ним в одни руки, а он, гад, все равно на меня долг повесил.

– Так ты еще и мошенник?

– Это почему еще? Я помог Мазе, только и всего.

– А кто взрывное устройство делал?

– Маринка.

– Откуда она могла знать, как его делать?

– Не знаю, начиталась книжек, должно быть.

– Чья идея была?

– Это она все придумала, чтобы меня спасти…

– И не жалко тебе ее? У нее же маленький ребенок!

– Она же не хотела, чтобы так случилось. Надо было как-то Мазу остановить…

– Но ты же мужик, что ж ты за бабью юбку прячешься?

– Я не прячусь… С чего Вы взяли? Ладно, пойду вещички соберу…

Заплаканная Вера Иосифовна еще долго провожала сына, наблюдая в распахнутом окне за тем, как великовозрастную ее кровиночку в наручниках опять, как много лет назад, провожали до милицейского УАЗика и увозили в сторону ИВС.