– Ты так делал, когда был маленьким? – повернулась она к нему.

– Да.

У нее был такой вид, как будто она собирается снова запрыгнуть на кровать. Кит схватил ее за запястье. Отчаяние не оставляло его.

– Зачем ты это делаешь?

Мария переводила взгляд со своего запястья на лицо Кита и обратно.

«Как животное», – опять подумал он.

– Должна же я что‑нибудь делать.

– Это не ты. Ты не похожа на себя.

– Мы мало были вместе. Ты меня совсем не знаешь, Кит.

Она вырвала руку, запрыгнула на кровать и снова повернулась к нему.

– Люди говорят, что это ты мешаешь нам.

Она рассмеялась. Кровать снова начала раскачиваться.

– Как же я это делаю? Я всего лишь заключенный, которому совершенно нечем заняться, – ее смех перешел в крик. – Ты что, считаешь меня ведьмой?

– Ридж во всем винит тебя. Думаю, многие согласны с ним.

Она протянула руки и уперлась ими в стену, остановив раскачивающуюся кровать. На лице ее была едва сдерживаемая ярость.

– Пусть этот подонок только придет сюда, – прошипела она и скрючила пальцы, как когти; по спине Кита пробежали мурашки. – Я разорву ему горло. Пусть только попытается. Он запомнит это на всю оставшуюся жизнь.

Она тряхнула головой и снова рассмеялась.

– Хотя, я думаю, ничего не случится. Мне принадлежит половина «Беглеца» и его доходов. Марко никогда не забудет об этом и не позволит никому беспокоить меня.

– Ридж может и не спросить Марко.

– Ха! – презрительно фыркнула Мария.

Центрифуга остановилась, затем провернулась на несколько сантиметров и снова застыла. Кит почувствовал, что поднимается над полом. Он оттолкнулся, подплыл к кровати и ухватился за нее рукой. Трубчатая рама зазвенела под его руками, когда где‑то глубоко внизу сработали механизмы фиксации центрифуги.

Послышался слабый звук сирены. Скоро прыжок.

Еще одна попытка.

– Я хочу быть с тобой, – сказал Кит. – А ты препятствуешь этому.

Она повернулась к нему и резко, как‑то по‑птичьи, дернула головой. На мгновение в ее лице появилось что‑то человеческое.

– Бедный Кит, – произнесла она. – Ты не предполагал, что все так обернется, правда?

Он молча смотрел на девушку.

– Ты использовал меня, Кит, – ее голос был тих и певуч. – Ты использовал меня, чтобы узнать координаты встречи с Возлюбленной.

Кита бросило в жар.

– Я не… – язык прилип у него к небу. – Марко не оставил мне выбора.

– Возможно, – она усмехнулась. – Может, у меня тоже не было выбора. Мне нужно было бежать с базы Эйнджел, и единственным способом сделать это было использовать твою симпатию.

Он стиснул зубы.

– Это правда?

Мария хихикнула. На ее лице опять появилось какое‑то дикое выражение.

– А правда, – съязвила она, – что у тебя на Безеле тоже не оставалось выбора?

Кит ничего не смог на это ответить. Он повернулся, откинул сиденье от стены и опустился на него.

Прекрасная Мария опять принялась раскачивать кровать, и та завертелась, как миниатюрная центрифуга. Начался подпространственный прыжок. Кит старался не смотреть на Марию, крутящуюся на своей койке. Она размахивала руками, кричала, смеялась, била кулаками по матрасу.

– Я ведьма, Кит! – кричала она. – Я ведьма!

Кит молчал.