К сожалению, Деккерет слишком поздно вспомнил о том, что скандары не обладают ни малейшим чувством юмора и потому ирония для них абсолютно недоступна. Легкомысленные слова короналя вызвали у Келмага Волвола столь искреннее удивление и даже испуг, что Деккерету пришлось немедленно поклясться, что он на самом деле относится к событиям в Ни‑мойе с величайшей серьезностью.

– Который из братьев этот Гавирал? – обратился Деккерет к Септаху Мелайну; тот в последнее время собирал всю имеющуюся информацию о племянниках Дантирии Самбайла.

– Самый старший. Маленький коварный человечек, обладающий некоторым рудиментарным интеллектом. А остальные четверо – самые примитивные животные. И к тому же вечно пьяные.

– Ну, да, – ответил Деккерет, – как и их отец Гавиундар, брат прокуратора. Я однажды встречался с ним. Он приезжал в Замок, когда Престимион был короналем, выпрашивать что‑то из родовых владений. Животное – другого слова не подберешь. Огромное, жирное, грубое, мерзкое, вонючее, отвратительное животное.

– Он предал нас в сражении при Стимфиноре в войне с Корсибаром, – мрачно откликнулся Гиялорис. – Тогда Навигорн разнес нашу армию в пух и прах, а Гавиундар и еще один из этих братьев, Гавиад, – они были тогда нашими союзниками – позорно отсиживались в тылу. И теперь его потомки снова пытаются вредить нам!

Деккерет снова обратился к скандару, который казался совсем обескураженным разговором о неизвестных ему сражениях, но всеми силами старался скрыть свое замешательство.

– Прошу вас, расскажите мне обо всем это подробнее. Какие территориальные претензии высказывает этот Гавирал? Он требует себе только Ни‑мойю, или это лишь начало?

– Насколько нам известно, – с готовностью начал говорить Келмаг Волвол, – правитель Гавирал – так он себя называет: правитель Гавирал – своим декретом объявил весь этот континент независимым от имперского правительства. Ни‑мойя, очевидно, уже находится под его контролем. Теперь он отправил в прилегающие провинции послов, которые должны разъяснять его цели и предлагать принести ему присягу. Вскоре должна быть провозглашена новая конституция. Правитель Гавирал намерен в ближайшее время назначить первого короналя Зимроэля. Предполагается, что им станет один из его братьев.

– А попадалось ли вам имя некоего Мандралиски? – спросил Деккерет. – Существует ли какая‑нибудь связь между всем происходящим и этим человеком?

– Его подпись стояла под воззванием, которое мы получили, – сообщил Келмаг Волвол. – Да, граф Мандралиска Зимроэльский, верховный советник его величества правителя Гавирала.

– Ишь ты, граф… – пробормотал Септах Мелайн. – Ничего себе! Граф Мандралиска! Верховный советник его величества правителя понтифекса Гавирала! Он успел проделать длинный путь с тех пор, когда стоял за креслом прокуратора и пробовал вино, которое ему подавали, чтобы узнать, не отравлено ли оно. Прыткий парень!

16

– Вы вызывали меня, ваша светлость? – спросил Тастейн.

Мандралиска чуть заметно кивнул.

– Приведите ко мне меняющего форму, если вас не затруднит, мой добрый герцог.

– Но он уехал, господин.

– Уехал? Уехал?!

Мандралиска почувствовал, как его захлестнула волна ярости и тревоги, настолько мощная, что он сам поразился ее силе.