Вошел Жан-Пьер с охапкой дров, и его лицо просияло от радости.

— Сегодня знаменательный день: у нас гости из замка.

— Женевьева едва дождалась этого дня, — сказала я.

— А вы?

— Я тоже ждала его с нетерпением.

— Надеюсь, вы не разочарованы?

Мы не были разочарованы, это был веселый праздник. Все места за столом, который Габриелла украсила веточками ели, оказались заняты: пришли также Жак с больной матерью. Было трогательно видеть, сколько внимания он уделял ей. Госпожа Бастид с сыном и четырьмя внуками, Женевьева и я — все мы составляли большую компанию, в которой восторги детей передавались взрослым.

Госпожа Бастид села во главе стола, Арман напротив нее, я — по правую руку, а Женевьева справа от Армана. Мы были почетными гостями, а здесь, как и в замке, соблюдали этикет.

Дети болтали без остановки, и я радовалась, замечая, с каким вниманием к ним прислушивается Женевьева и как время от времени вставляет словечко в их разговор. Да Ив и не позволил бы ей сидеть молча. Я поняла, что Женевьева нуждалась именно в таких друзьях, потому что никогда не видела ее такой счастливой. У нее на шее висел кулон. Я подумала, что она будет носить его, не снимая, возможно, даже на ночь.

Госпожа Бастид разрезала индейку, фаршированную каштанами и поданную вместе с грибным пюре. Блюдо было очень вкусным, но по-настоящему торжественный момент настал, когда под восторженные крики детей в комнату внесли большой пирог.

— Кому достанется корона? Кому достанется корона? — приговаривал Ив. — Кто сегодня будет королем?

— А если это будет королева? — возразила ему Марго.

— Нет, король. Какой прок от королевы?

— Если у королевы есть корона, она может править…

— Тихо, дети! — прикрикнула госпожа Бастид. — Может быть, мадемуазель Лосон не знает об этом старом обычае.

Жан-Пьер улыбнулся мне и стал объяснять через стол:

— Вы видите пирог?

— Конечно, видит! — выкрикнул Ив.

— Его трудно не заметить, — добавила Габриелла.

— Так вот, — продолжал Жан-Пьер, — в пирог запекли корону — крошечную корону. Сейчас его разрежут на десять кусков, каждому — по куску. Весь пирог надо съесть… но только осторожно…

— Потому что корона может оказаться именно в вашем куске! — не удержавшись, закричал Ив.

— Осторожно, — повторил Жан-Пьер, — потому что кто-нибудь из сидящих за столом обязательно найдет в своем пироге корону.

— И тот, кто ее найдет?..

— Объявляется королем дня! — воскликнул Ив.

— Или королевой, — прибавила Марго.

— И ходит в короне? — спросила я.

— Корона очень маленькая, — сказала Габриелла, — но…

— Нет, не просто в короне. Тот, кому она достанется, станет королем или, как сказала Марго, королевой дня. — Объяснил Жан-Пьер. — Его, — он улыбнулся, глядя на Марго, — или ее слово — закон.

— Целый день! — крикнула Марго.

— Вы не представляете, что я сделаю, если корона достанется мне! — пообещал Ив.

— А что именно? — спросила Марго.

Он не ответил — было видно, что он не может перевести дыхание. Ждать его не стали: все хотели поскорее получить свой кусок. В напряженной тишине госпожа Бастид вонзила нож в пирог, а Габриелла встала, чтобы подавать тарелки и отправлять их по кругу.