Время летело быстро. Переход продолжался без происшествий.

Рен разрешила Фаун сесть на плечо. Смышленый взгляд зверька шнырял по сторонам, а голосок верещал прямо ей в ухо. Убаюканная однообразием пути, Рен бездумно шла вперед. Просто переставляла ноги, наблюдая за гипнотическими движениями теней, отбрасываемых огнем факела, и перебирая в памяти какие-то мелочи. Простенькие мысли успокаивали ее уставший ум и утомленные чувства.

Вечерело, когда они наконец вышли из туннеля, из закопченной темноты в зелень ясеневой рощи — сплетение тонких ветвей и кустарник, примыкающий к утесу. Впереди открывался выступ, исчезающий в тумане, позади круто взмывала вверх гора, жавшаяся к голому хребту. Над ними простиралось пасмурное серое небо, накрапывал дождик.

Отойдя от туннеля и ясеневой рощи, спутники оказались в зарослях акации. Хребет Блэкледжа был рядом. Тут они и обосновались на ночлег. Разобрав поклажу и наскоро перекусив, они завернулись в плащи и одеяла, готовясь ко сну. На вершине горы было холодно, ветер дул резкими порывами. Рен улавливала далекий гул Киллешана и видела красные отблески огня, мерцающего в тумане. Земля вновь дрогнула, зловеще вибрируя, расшатывая скалу под ногами, деревья закачались, зашелестев листвой, словно перешептывались испуганные дети.

Рен села, опершись спиной на полузасохшую акацию, голые корни которой обнимали скалу.

Жезл Рукха лежал на коленях. Фаун пригрелась у нее на плече, а потом и вовсе спряталась под одеяло. Плотная фигура Дала проскользнула мимо—в сторону сторожевого поста. Веки стали липкими и тяжелыми, но уснуть Рен не могла.

Гавилан вышел из темноты неожиданно, она даже невольно вздрогнула.

— Прости, — извинился он. — Могу я немного посидеть с тобой?

Рен молча кивнула, и он сел рядом, его одеяло свободно свисало с плеча, спутанные волосы были мокрыми. На красивом лице лежала печать усталости.

— Как ты себя чувствуешь? — Знакомая улыбка тронула губы.

— Хорошо, — коротко ответила она.

— Ты выглядишь очень уставшей. Она пожала плечами.

— Если бы мы знали, — вздохнул он.

— Что знали?

— Все! То, что помогло бы нам лучше подготовиться к предстоящему испытанию. — Его голос показался ей странным, почти безумным. — А нас будто выбросили в открытый океан без карты и велели плыть в безопасное место, запретив при этом использовать самую малость питьевой воды, которую нам удалось захватить с собой.

— Что ты хочешь этим сказать? Он резко повернулся к ней.

— Подумай, Рен. У нас есть и Лоден, и эльфийские камни, в которых заключено достаточно магической силы, чтобы выполнить все что угодно. Но мы, похоже, боимся призвать ее, как будто бы нам кто-то запретил сделать это. Так вот, я хочу спросить, что мешает нам? Подумай, насколько все изменится к лучшему, если мы воспользуемся эльфинитами. Да мы бы давно нашли выход из Иденс Мерка! Нам следовало использовать волшебную силу на каждом этапе пути, тогда мы давно были бы уже на побережье.

— Дело обстоит не совсем так, Гавилан. Она ничего не может, только… Но он не слушал ее.

— А самое плохое, что мы полностью пренебрегли волшебной силой, заключенной в Лодене. Да, она необходима, чтобы охранять эльфов и Арборлон во время обратного путешествия. Но вся ли? Я не могу поверить в это! — Он на мгновение опустил руки на жезл Рукха. Его слова прозвучали неожиданно пылко. — Почему не применить волшебную силу против тех существ, которые преследуют нас? Почему просто не прожечь дорогу сквозь их строй? Или почему бы не создать прямо здесь то, что могло бы их уничтожить?

Рен изумленно смотрела на него, не веря собственным ушам.

— Гавилан, — произнесла она тихо.