– Простите, – я попыталась слиться со стеной.

– Присаживайся, нам есть о чем поговорить.

Женщина удобнее устроилась в кресле и кивнула мне на противоположное от себя. Нежно персиковый цвет никак у меня в голове не хотел вязаться со всем тем, что я успела узнать или мельком услышать об этой суровой и жестокой мадам. Комната была сделана с таким расчетом, словно тут маленькая принцесса должна обитать, а не мегера с ядовитыми клыками и манией убивать всех, кто под руку попадется.

– Простите, – я послушно опустилась на указанное место.

– Разрежь палец и капни кровь в бокал, который стоит перед тобой.

Я с замиранием сердца посмотрела в указанном направление и поняла, что, кажется, попала по полной программе. Ажурный стеклянный красавец, украшенный золотой росписью витиеватых узоров, россыпью кроваво красных рубинов и парочкой крупных изумрудов, не оставлял иного выбора. Магический артефакт руки грассера Авадидаса невозможно было не узнать. По слухам, старый грассер сошел с ума в тот момент, как услышал о смерти своего крестника, и больше не создал ни одного магического механизма, кроме поисковых артефактов часов, которые должны были привести его к единственному выжившему существу его обожаемого крестника. Но даже гений механики, алхимии и магический маг высшего порядка не смог отыскать принца.

– Не бойся, боли ты почти не почувствуешь.

Неправильно растолковала мое замешательство градоначальница и перевела его по своему. Мне же просто не осталось иного выбора как подчиниться. Если начну сопротивляться, меня заставят силой, а это было еще хуже, чем узнать, что я на самом деле потерянная в пыли дворцового переворота принцесса Тенебрии. Медленно, подрагивающими пальцами я подняла тяжелый нож и осторожно, стараясь не паниковать сделала осторожный укол.

Почти прозрачная алая капля медленно покатилась по моему пальчику, оставляя за собой блестящий след. Добралась до кончика, осторожно там устроилась и в задумчивости решила повисеть пару мгновений, оттягивая неизбежное. Легкое колыхание воздуха, и капля не удерживается на мягкой кожице пальчика и срывается вниз под собственным весом. Несколько томительных ударов сердца она летит, рассекая воздух, пока не разбивается в мелкие брызги, соприкасаясь с гладкой и безмятежной поверхностью воды в стакане.

Водная гладь теряет свой покой и начинает колыхаться под воздействием единственной капельки, потревожившей ее. Вода словно оживает, начинает переливаться и медленно, словно с ленцой, приобретать насыщенный темно сапфировый цвет с огненными вкраплениями зеленых, изумрудных вспышек, под цвет моих глаз. Маленький вихрь раскручивается в бокале, засасывая все новую и новую прозрачную еду, утягивая ее и выплевывая на дно уже темной, насыщенной и обжигающе синей, словно смертельный приговор.

В комнате повисает гробовая тишина: никто из нас двоих не в состоянии вымолвить ни единого слова. Я даже подумать не могла, что гениальный изобретатель создал не только поисковик пропавшего ребенка императора, но и определитель крови. Я не питала лишних иллюзий: именно это сейчас произошло – бокал признал меня законной наследницей Тенебрии. Интересно, каковы мои шансы на то, чтобы меня отпустили? Хотя бы около нуля или совсем безнадежно?

– Поздравляю, – тихий шепот ударил по нервам раскаленными прутьями.

– Простите? – пискнула я и сильнее вжалась в кресло.

– Надо же, а я думала мне все это время просто мерещилось.