— Прелести утра, следующего за вечеринкой, — так мой отец обычно говорил в подобных случаях. — Николь тут же пожалела о сказанном. — Прости, — ей было очень неудобно перед Эдуардо за свои слова. — Вероятно, мой отец — не тот человек, о котором тебе бы хотелось слышать.

― Почему я должен испытывать неприязнь к твоему отцу? — Эдуардо с удивлением посмотрел на Николь. — Из того, что мне рассказывала Леонора, я понял, что он был замечательным человеком, к которому она питала самые нежные чувства.

― Значит, ты спокойно относишься к тому, что до тебя Леонора любила другого?

― Одинаковой любви не бывает. — Эдуардо по-прежнему оставался невозмутимым. — Признаться, не ожидал, что сегодня ты вскочишь в такую рань! — добавил он, обращаясь к сыну.

― Я хотел свозить Николь в Каракас, но она не совсем хорошо себя чувствует, и мы решили отложить поездку.

― Со мной ничего страшного, просто немного болит голова из-за того, что пришлось поздно лечь, — поспешно заверила Николь Эдуардо, обеспокоенного словами Патрисио. — До вашей свадьбы еще несколько дней, так что, думаю, у нас будет время съездить в Каракас.

― Ты все-таки решила уехать сразу же после окончания свадебных торжеств?

― К сожалению, у меня пет выбора, мне нужно возвращаться на работу. В любом случае я признательна за ваше теплое отношение ко мне.

― Странно, не в привычках Маркуса валяться так долго в постели, — заметил Эдуардо, поглядывая на элегантные золотые часы, крепко сидящие на его запястье.

― По-моему, вчера они с Эленой условились рано утром отправиться на прогулку верхом, — заметил Патрисио.

― Ну что ж, пора ему определиться со своими намерениями. Сейчас, конечно, не те времена, что раньше, но существуют же какие-то правила в отношениях между мужчиной и женщиной. Меня, честно говоря, очень удивляет поведение Рамона: он все-таки отец Элены и должен бы проявлять больше заинтересованности в устройстве будущего дочери.

― По-моему, Рамон прекрасно понимает, что не в его силах устроить брак дочери с Маркусом, — отозвался Патрисио. — Не сомневаюсь, если бы все зависело только от Элены, она бы уже давно была замужем за Маркусом. Только он ей этого не предлагает. С Изабеллой дела обстоят так же: она по уши влюблена в Маркуса и больше никого вокруг не замечает. Если бы мое сердце не было занято другой, то, пожалуй, я бы еще начал ревновать к собственному брату, — весело добавил он, но у Николь почему-то возникло ощущение, что Патрисио только пытается казаться веселым, а на самом деле сложившаяся ситуация не доставляет ему радости.

Николь отдыхала на террасе, лежа в удобном плетеном кресле, когда появился Маркус. Подойдя к креслу, он опустился на подлокотник и, наклонившись, поцеловал ее с уверенностью, которая в данной ситуации не могла не раздражать. Она плотно сжала губы, заставив себя не отвечать на поцелуй.

― Почему? — только и сказал он, всем своим видом выражая удивление столь холодным приемом.

― Потому, — грубо ответила Николь, стараясь не выдать того, как тяжело на самом деле ей дается принятая роль.

― Если подобным образом ты решила доказать, что тебя больше не влечет ко мне, тебе это не удалось, я не верю!

― Дело не в отсутствии желания. Для тебя мои чувства — что-то само собой разумеющееся. Не спорю, мы провели вместе незабываемую ночь, — (при этих словах Маркус выразительно хмыкнул, как бы говоря «спасибо и на этом»), — из чего вовсе не следует, что я должна кидаться в твои объятия по первому зову.

― Следовательно, это я должен вымаливать у тебя ласки!

― Ты должен относиться ко мне с большим уважением и не требовать того, что я не могу или не хочу дать.