Мэдлин всхлипнула и снова утерла слезы. Отец обнял ее за плечи и подвел к креслу.

 – Ну–ну, хватит, моя милая. Садись, успокойся.

 Она молча кивнула и села. Отец же, взглянув на миссис Дженкинс, попросил:

 – Пожалуйста, принесите моей девочке немного вина.

 Вдова тут же отправилась на кухню, оставив отца с дочерью вдвоем. Мистер Прескотт придвинул к креслу стул и, усевшись, взял Мэдлин за руки.

 – Я сожалею, поверь.

 – Вы всегда так говорите, а на следующий день… – Мэдлин снова всхлипнула.

 – Да, знаю, а на следующий день я снова забываю о тебе. Ты думаешь, я не понимаю, как тебе тяжело? Но теперь все будет по–другому, поверь мне, пожалуйста.

 Мэдлин недоверчиво покачала головой – отец и раньше так говорил.

 – Малышка, ты не веришь мне, да? Что ж, я не виню тебя. Но клянусь, если бы я сразу осознал, как много ты на себя взвалила… Хотя нет… – пробормотал он со вздохом. – Конечно же, я осознавал. Да, я прекрасно все понимал, просто не мог взять себя в руки. Что ж, теперь я сумею сделать то, что должен сделать.

 – Ах, папа… – Она никак не могла успокоиться и по–прежнему то и дело всхлипывала. – Папа, почему именно сейчас?

 Мистер Прескотт виновато потупился.

 – Твоя директриса рассказала миссис Дженкинс о тебе и лорде Норкорте.

 У Мэдлин перехватило дыхание. Что же сказала миссис Харрис? Что знает папа? Знает ли он о вечеринке? Господи, неужели он обо всем догадывается?

 – Да, моя милая, я знаю, что ты в хороших отношениях с этим человеком, – продолжал отец. – Но я понятия не имел о том, что происходит с тобой. Полагаю, ты права: я не имел права сдаваться. Не имел права забывать о тебе.

 – И о себе тоже, – сказала Мэдлин, наконец–то успокаиваясь.

 – Да, возможно. – Отец кивнул. – Так вот, когда я узнал о твоих отношениях с виконтом, я сразу вспомнил, как ты спрашивала меня о его детстве, но не сказала, почему тебя это интересует. А сейчас я начал беспокоиться, понимаешь?

 Мэдлин вздохнула. Она должна была рассказать об Энтони, но не знала как.

 – Понимаю, что в последнее время был тебе плохим отцом, – прошептал мистер Прескотт, сжимая руки дочери. – Но я изменюсь, поверь. Мне все равно, что случилось между тобой и… – Он умолк. – Если у вас с лордом Норкортом близкие отношения, я не стану упрекать тебя. Видит Бог, у тебя были веские причины искать утешения вне этого дома. Но я не могу… – У него перехватило дыхание. – Но я не могу совсем не вмешиваться в это, моя дорогая девочка. Мне нужно знать всю правду. Ты не должна скрывать ее от меня.

 – Лорд Норкорт хочет жениться на мне, папа. И еще он хочет защитить вас от сэра Рандолфа.

 Мистер Прескотт уставился на дочь так, словно видел ее впервые. Казалось, он хотел что–то сказать, но не мог произнести ни слова.

 – Но существует проблема, связанная с его племянницей, – продолжала Мэдлин, – поэтому я сказала ему, что мы должны подождать. А он не хочет ждать. После нашего разговора с сэром Хамфри сегодня днем он хотел приехать прямо сюда и просить у вас моей руки. И я не позволила ему. Я хотела сначала поговорить с вами.

 Отец откинулся на спинку стула и пробормотал:

 – Теперь понятно… – Он пристально посмотрел на Мэдлин. – Впрочем, далеко не все понятно. Очевидно, произошло… что–то очень важное, не так ли?

 Мэдлин кивнула и покраснела.

 – Да, папа, кое–что произошло, – ответила она уклончиво.