— Да, теперь знаю, — кивнул Еремеев. — Так каким же все-таки образом, если не секрет?

— Какие могут быть от вас секреты, если вы уже здесь! — отозвался Шмаков. — Разумеется, исключительно методом убеждения, каким же еще. Если вправду интересуетесь подробностями, я, конечно, расскажу, но, право, не хочу занимать ваше время подобными пустяками, не думаю, что это так же интересно, как то, о чем наша Ниночка вам поведает. Посему покамест оставлю вас, не буду мешать. — И он быстренько убежал по той самой лестнице, по которой сюда спустился.

— Придется мне, видимо, приступить несколько издалека, — сказала Нина, — иначе, боюсь, вы ничего не поймете. Давайте-ка вы ужинайте, Дмитрий Вадимович, а я буду рассказывать.

Еремеев, и вправду сильно голодный — как-никак дня три, а то и четыре (он уже счет потерял), маковой росинки не было во рту, — снова принялся за жаркое, а Нина между тем приступила к рассказу.

— Как я вам уже, помнится, говорила, — начала она, — мои родители мечтали, чтобы я стала финансисткой, мне же это казалось довольно скучным занятием. Но прошлым летом я поехала с ними на дачу и вдруг обнаружила, что все мои книги по философии, востоковедению, теории групп исчезли, а на полках стоят только учебники и справочники по экономике и финансовому делу — таким образом родители хотели добиться, чтобы я не распыляла силы на то, что было лишним по их понятиям. Но во всем можно найти тайну, этот единственный стимул для познания, надо только суметь ее разглядеть. И вот, от нечего делать погрузившись в эти скучнейшие, как мне поначалу казалось, науки, порывшись в справочниках и в базах данных, я вдруг такую тайну обнаружила, к своему немалому удивлению. После расчетов по моему методу оказалось, что огромные, просто немыслимые денежные средства куда-то исчезают, как в черную дыру.

— Тоже мне тайна! — вставил Еремеев. — Ясное дело — разворовываются.

Нина покачала головой:

— Нет. Понимаете, деньги, которые уворованы, тоже не закапываются в яму. По кубышкам рассовывают совсем не так уж много, а когда речь идет о столь колоссальных суммах, то эти деньги непременно где-то работают, и существуют способы проследить — где и на что; уж простите, не стану останавливаться на том, как это делается.

А тут — просто растворяются, исчезают!

Так же, как в физике нарушение баланса энергии во вселенском масштабе можно объяснить только существованием некоего параллельного мира, часть энергии отсасывающего, так и этот дисбаланс можно было объяснить лишь существованием некоей параллельной страны со своей, параллельной экономикой.

Только представьте себе — за колонками цифр где-то поблизости пряталась terra incognita [Неизвестная земля (лат.)]!

И тогда я ее поисками занялась всерьез. Составила довольно хитроумную программу — эдакий сачок для ловли ускользающих денег. И через некоторое время мой сачок сработал. Стало ясно, что в результате многокруговых переводов деньги в конце концов оседают на счетах некой организации под названием "Ковчег". Теперь оставалось лишь понять, что же это за "Ковчег" такой.

Могу себе представить, как изумились обитатели "Ковчега", когда однажды на одном из своих сверхсекретных мэйлов внезапно обнаружили предложение услуг со стороны кого-то, подписавшегося именем Странник.

— А Странник — это была, вероятно, ты, — догадался Еремеев.

— Естественно, — кивнула Нина. — И знали бы вы, какую охоту они после этого начали за Странником по всей электронной паутине!

Но Странник тоже, как вы, надеюсь, понимаете, был далеко не дурак, уж что-что — а такой поворот мог предусмотреть. И в конце концов они поняли, что Странника им все равно не поймать, да и ловить его в сущности нет никакой нужды — это не какой-нибудь ловкий хакер, которому только бы стибрить с чужого счета миллиончик-другой и залечь на дно (хотя большого труда для Странника это, как понимаете, наверняка не составило бы), и явно не собирается он трубить на весь свет про обнаруженный им "Ковчег".