Тем временем один из архаровцев шепнул что-то на ухо своему командиру, и Еремеев опять услышал это загадочное слово "система".

Валера вздохнул:

— Засада — оно, конечно, хорошо, — сказал он Еремееву, — да понимаешь, братан — никак не могу: дела. Тут ждать неизвестно сколько, а я — без предупреждения, за такое мне и башку отвинтить могут.

— Оно точно, — вставил один из его гвардейцев.

Была, выходит, на свете сила, которой боялись даже неустрашимые архаровцы.

— А мы вот как сделаем, братан! — после некоторых раздумий осенило Картошкина. — Ты один тут где-нибудь в засаде заляжешь. На тебе эту штуковину, — он извлек из-за пояса ракетницу и протянул ее Еремееву. — Если они сунутся, бабахни вверх, мы с гвардейцами через десять минут снова нагрянем. Так оно, пожалуй что, даже лучше будет стратегически. Слышь, Колян, как бишь майор Язебчик в Афгане говорил?

— Фактор неожиданности, — подсказал гвардеец.

— Во-во, он самый… А уж когда кой-кого предупрежу, тогда я хоть на неделю весь твой, с поторохами. Ну как, братан, если недолго — один справишься?

— Справлюсь, — принимая ракетницу, кивнул Еремеев.

— Вот и молодца! В общем, заляг и жди. В нас не сомневайся, мигом прибудем, мне только Нюрке сказать, что по делам отлучаюсь. А этого, — Картошкин указал гвардейцам на бритоголового, — грузите в машину. И дедулю тоже покамест в Архаровку заберем, он уже настрадался, хватит ему приключений.

Теперь Шмаков выглядел умирающим.

— Ой, ребята, — прикрыв глаза и держась рукой за сердце, слабым голосом проговорил он, — прихватило что-то меня… Вы себе, право же, езжайте, а я тут где-нибудь отлежусь…

Уже зная повадки старика, Еремеев, однако, догадался, что тот, по своему обыкновению, опять прикидывается. Картошкин перевел на Еремеева взгляд, спросил:

— Может, в больничку дедулю?

Тем временем старик из-за картошкинской спины снова стал подавать знаки, из которых Еремеев понял, что тот почему-то хочет остаться с ним наедине.

— Не надо, — сказал он, — с ним часто бывает. Пусть остается, я за ним пригляжу.

— Ну смотри, тебе видней… — с некоторым сомнением, но все же согласился Картошкин. — Да ракетницу держи наготове. Как только — так сразу!

— Как только — так сразу, — кивнул Еремеев.

— А этого — в кузов, — приказал Картошкин гвардейцам. — Хоть он пока и немой, а правилка никому не помешает, как думаете?

— Правилка никому не помешает, — подтвердил гвардеец Колян и легко перекинул испуганного непонятным словом бритоголового через плечо.

Они вышли из дома, и спустя несколько мгновений было слышно, как машина рванула с места. Шмаков тут же перестал притворяться, схватил Еремеева за руку и со словами:

— Быстрее, пойдемте туда! — потащил его за собой вверх по лестнице.

Они вошли в небольшую комнату на антресоли.

— В чем дело? — спросил Еремеев.

— Ниночку сейчас послушаем, — ответил старик. — Она себе к одежде "жучка" прицепила. Умница! Все предусмотрела! Золотая головушка! — С этими словами он включил какой-то аппарат.

Вначале некоторое время слышалось шипение колес об асфальт и какое-то постукивание, затем вдруг донесся голос бывшего МУРовца Володи:

"Далеко еще?"

"Почти уже приехали, — ответил ему Небрат.